— И не только, — проговорил он. — Также оказываем различные консалтинговые услуги в области охраны…

Веселовский посмотрел на меня и решил, что я не знаю, что это значит. Значит, клюнул. Пусть думает, что ошибся, раз приехал лично к таким несерьёзным дельцам, и в итоге махнёт рукой. Хотя нет, раз он ездит сам, значит, считает дело щекотливым и не доверяет никому. Лично хочет получить впечатление о каждом, с кем приходится взаимодействовать. Серьёзный подход, хотя и требует много времени.

— Защищаем бизнес, — продолжал безопасник, — но на высоком уровне. Крыша, если тебе будет понятнее. Но не от братков, а от угроз рангом повыше.

Пора выводить его на главное — узнать, собственно, что ему надо.

— И чё, крышевать нас приехал? — я нахмурился сильнее. — Не требуется, дядя. У нас так-то менты в команде есть, сами кого хочешь закрышуют.

— И ты работаешь в ментовском ЧОПе? — с сомнением спросил он. — Не похоже.

— И чё? У ментов денег нет, с ними нормальные пацаны связываться не хотят, а у меня и бабки, и связи, — хвастливо сказал я. — Видал, какую тачку взял? И людей в городе знаю. Так, короче, погнал я… — я начал собираться.

Суть этого хвастовства простая. Чтобы он нас недооценил. Пусть думает, что я просто брат Коршуна на поддержанном «марке», который гнёт пальцы, якобы есть деньги и связи.

Ну и чтобы он не связал потерянные деньги Зиновьева и то, что мы вложились в фирму. На бумагах мы вложились мало, там и уставной капитал — цена подержанной иномарки. Ну и деньги я тратил наликом, осторожно, без банковских счетов. А сам ЧОП сейчас на первый взгляд переживает не лучшие времена, вполне могли ухватиться за любую помощь. Вот вроде как и пустили совладельца, которому надо легализовать доход от преступной деятельности. И всем хорошо.

Просто пыль в глаза, чтобы он думал, что зря тратит на нас время, потому что если он что-то заподозрит — подключит против нас все ресурсы, и это нежелательно.

— Перехожу к сути, — с раздражением сказал безопасник. — К тебе подходил Илья Александров, что ему надо?

Всё, ставка сыграла. Вот почему он приехал. Не искал того, кто прибил Зиновьева и прибрал его ключи от ячеек, а хочет понять, почему ко мне приезжал Александров-старший. Ведь и с этим ему нужно разбираться, банк же работает против него.

Возможно, Веселовский в курсе провокации, возможно, что и нет, всё-таки убийство полковника РУБОП — дело резонансное, с бухты-барахты не делается, для банка опасно. Особенно когда дешевле и безопаснее подставить несговорчивого мента перед начальством.

Но против Александрова Веселовский явно что-то замыслил. И то, что приехавший промышленник для чего-то обратился к нам, ему не понравилось.

Хочет выяснить, что ему было нужно.

— О своих клиентах ничего не говорю, — отрезал я и подобрал две зубочистки, медленно и осторожно.

Костя Левитан о знаке вспомнил.

— Т-т-так он же, — он сглотнул, — н-н-ничего ещё н-не п-подписал, — лоб покрылся испариной, но Костя добавил, догадавшись, что мне надо: — Т-т-так что ещё не к-клиент.

— Ну, подпишет сёдня-завтра, — я сощурил глаза. — Это вообще не твоё дело. Разберёмся сами.

— Было бы желательно, чтобы не подписал, — проговорил Веселовский, и в глазах его ушло раздражение, но появился азарт. Думает, что близок к цели. — Для вас точно желательно. У его компаньонов договор с нами, и мы его деятельность защищаем. Но этот его манёвр, что в этом регионе он ведёт бизнес сам, без нас — убыточен для всех. Рано или поздно старые контракты восстановят, а текущие — закроют. И вы останетесь ни с чем.

— Он так-то платит, — с нарочитой неуверенностью сказал я.