— Идёт! — я хлопнул ладонью по столу.

Ещё одна игра, и часы перекочевали на мою руку. Он снова проиграл. А часы трофейные ведь, можно сказать. Но схема ещё не закончилась. Тут не просто победил-проиграл, тут надо устроить ему качели, чтобы у него мозги отключились.

Это уже близко. На стол упал брелок ключей «Мерса», а Веселовский, вспотевший, скрипя зубами, написал генеральную доверенность, которую ему диктовал потеющий от волнения Татарин. Администратор ещё быстро нашёл телефон нотариуса, который «внезапно» проживал в этой гостинице. Схема у них отработанная, тачки из рук в руки в этом заведении переходили быстро, да и контакт скупщика был. И много ещё перейдёт, пока лазейку не прикроют.

— Новый он, из салона! — прохрипел Веселовский, вытирая лоб. — Но я сейчас тебя сделаю, Коршунов. Вот только этого мало, — он показал на деньги. — «Мерс» дороже стоит.

— Тогда добавляю мою долю в фирме Чернова, — с усмешкой сказал я и потёр правое ухо, заметив взгляд Татарина. — Пойдёт?

— Да! — он оживился, наверняка решив, что так сможет влиять на отца Дениса.

— Я пас, — сказал Денис, как и договорено. — Завязывай, Лёха. Но если опять проиграешься, я больше не буду тебя… ладно, как знаешь.

Намёк Веселовский явно понял. Ему и надо, чтобы в игру вернулся Александров-младший.

Раздали карты, и тут Костя вернулся ко мне за спину, сразу кашлянул. У меня на руках сильные карты, но у Веселка они оказались сильнее. Как и планировали, схема работает, а Татарин свою часть сделки выполняет, как договорились. Ну и картёжник, мать его.

— Флэш! — вскричал Веселок и поднял обе руки, будто хотел обнять стол и весь свой выигрыш. И почти обнял.

Я сматерился, начал шарить по карманам. У меня остались только его часы. Теперь я делал всё, чтобы выглядеть как человек, который только что совершил самый идиотский в жизни поступок.

— Денчик, займи! У меня всё!

— Я же говорил, — с укоризной сказал Хирург. — Ладно, в последний раз выручу. Играю.

— И на что? — Веселовский держал груду фишек и денег, как дракон — свои сокровища.

— Моя доля в батином комбинате, — произнёс Денис. — Этого хватит.

— Напиши расписку, — потребовал безопасник.

Судя по взгляду, он считает себя победителем. Ведь может получить доступ к бизнесу Александрова напрямую, а мы притворялись, будто этого не понимаем.

Ночь, нелегальный клуб и наглый чекист, который после недавней победы думает, будто схватил удачу за хвост. В качели с ним мы играли на всю катушку.

— Ты настоящий друг, Ден, — добавил я, ткнув Хирурга в плечо, и посмотрел на Веселка. — Но этого мало. И «мерс» верни, хотя его всё равно не хватит.

— Часы на кон! — потребовал Веселовский, хрипя от нетерпения.

— Погоди. Он даёт больше, чем ты. Ты чё не понимаешь, сколько этот бизнес стоит? И он всё равно победит.

— Уже нет.

Татарин, на которого я посмотрел, разложил по две карты Денису и Веселовскому. Веселок посмотрел, его лицо ничего не выдало. Похоже, карты снова сильные.

— Всё на кон, — сказал Денис, написав ещё одну расписку. — Ты тоже. Тачка, ключи, бабки, всё.

— Поддерживаю.

Татарин выложил на стол три карты. Денис вытер вспотевший лоб. Костя многозначительно кашлянул, а я начал стучать ногами по полу, будто волновался.

Веселовский поднял взгляд.

— Ва-банк! — объявил он.

Всё на всё. Идеально. Татарин побледнел, читающий книжку охранник аккуратно вложил туда закладку и с интересом посмотрел на стол.

Веселовский не блефует, ему и правда должна выпасть сильная карта, которая даст с теми, что на столе, идеальную комбинацию.