Он всё это с этими органами опеки воюет, невзлюбила его там одна тётка. Если так дальше и будет, пойду разговаривать с ней сам. Вежливо, конечно, но настойчиво.

Но пока другие проблемы. Глушить двигатель я не стал, сейчас поедем дальше. Я выключил музыку, переключил на радиостанцию слушать криминальные новости, но в городе сегодня тишь да гладь, по новостям рассказывали только про Лукашенко и Кучму.

В городе ни следа приехавшей группы боевиков, будто они приехали простыми туристами и кушали шашлыки из баранины где-то на природе, тем более погода позволяла.

На заднем сиденье джипа сидел Костя Левитан в штанах и бежевой жилетке от спортивного костюма-тройки, рядом с ним развалился выписавшийся недавно Валера Тихий, с перевязью, в которой висела раненая рука. На плече до сих пор повязан бинт.

— Ярик тебе звонил? — спросил я у Кости. — С утра пораньше просил разбудить, но трубку не берёт.

— Дрыхнет, — спокойно и даже без заикания сказал Костя. — Он д-до обеда обычно спит, — всего раз запнулся он.

— Я бы тоже поспал, — признался Валера. — Но надоело уже спать, целыми днями в больнице дрых. Тут хоть с вами что-то поделать.

Боевая группа у нас сегодня не в самом подходящем составе для каких-либо операций. Денис ещё не вернулся из Москвы, Глеб находится в госпитале, Алибек на смене, а Ярик не откликается. Опять, похоже, веселился всю ночь.

Но я не объявлял общий сбор, мы всё ещё работаем над информацией и планируем. Противник такой, которого в лоб не победишь. Боевиков больше и их не заботит, если в перестрелке покрошат посторонних.

— Где-то же сидят, — нарушил Валера молчание. — Вся группа, затихарились. По-любому что-то замыслили.

— Угу, — промычал Костя.

Я выехал на улицу, поехал вдоль растущей аллеи деревьев, медленно, потому что кто-то недавно украл отсюда все канализационные люки, дорога так и сияла круглыми отверстиями. И как пёрли? Наверняка погрузили на машину. Но и без этого дорога разбита так, что и на танке хрен проедешь, всё в ямах. Ещё в одном месте разлилась огромная лужа, в которой играла ребятня, важно расхаживая по ней в резиновых сапогах.

— Эта группа Джабраилова вполне может начать пальбу в людном месте, — начал размышлять я вслух, хотя и так думал об этом всю ночь. — Им терять нечего. Но и заманить их куда-нибудь на пустырь, чтобы там перестрелять — нет смысла, нас намного меньше.

— П-п-по-подорвать их тачку? — предложил Костя.

— Не, — замотал головой Валера. — Лёха чёт хитрое придумал, точно, да?

— Пока думаю, — я переехал через лужу и увидел, как волны расходятся во все стороны. — Озеро целое, ёпрст. В идеале — надо их с Шахом свести, но тут мы только со стороны видим, что между ними происходит. А так-то бы их друг с другом столкнуть, а потом менты заберут остатки.

— Неплохо бы, — Валера кивнул, сдерживая зевок.

— Я поеду к чекистам, поговорю с Ивановым. Это же его клиенты. Пусть тоже шевелится. Да и надо же разобраться, кто там слежки устраивает, мы до сих пор этого не знаем. А знать надо, этот его коллега нас с ним видел. Но разберёмся, мужика. Вечерком Глеба заберём, он из госпиталя слиняет, типа, к невесте своей поехал. Что-нибудь ему поручим.

— А мент тот? — спросил Костя. — Опер Седов? П-подключишь?

— К нему после Иванова, вечером. Его стукачи расклад собирают, могут много чего выяснить.

Валера хоть и выписался, но он ещё на больничном, в контору ему не надо, а вот Костя — работает, его я довёз до фирмы, там подписал пачку бумаг на закупки, попил чай с Черновым, который собирался в командировку на север области, в тайгу, где он организовывал охрану очередной точки компании Александрова.