— Да он всегда так шутит, Абхаз, не обращай внимания, — Ярик похлопал расслабившегося Алибека по спине. — Бычит, будто ты косяк упорол, и какую-нибудь фигню спросит. Не ссы его, раз подкалывает, значит, привык к тебе.

— С т-тобой, К-коршун, я тоже ещё раз-зберусь, — пообещал Левитан с напускной строгостью.

Пейджер, поймавший сигнал, тут же начал пищать. Я посмотрел сообщения.

— Кто-нибудь один со мной, — сказал я, возвращаясь в комнатку. — Там Валеру какие-то люди в больнице ищут, поехали разбираться, кто такие и что им надо.

— Не зря ты ждал их, — Ярик тут же поднялся и подобрал ключи от машины, которые я оставил на столе. — Погнали, брат.

Глава 15

Пришли в больницу втроём. Кроме Ярика со мной поехал только Алибек, потому что у Дениса и Кости сегодня были свои задачи. А в самой больнице к нам пришло неожиданное подкрепление…

Валера ждал в палате, туда к нему и пришли люди, которые его искали. Я осторожно приоткрыл дверь и заглянул внутрь, чтобы прикинуть, насколько сильна угроза.

Валера лежал на койке поверх одеяла и скучающим взглядом разглядывал посетителей. Не похоже, что он боится. Второе место в палате было занято, там лежал крепкий рыжий парень, высокий, как каланча, и широкоплечий, с гипсом на ноге. Он легко сжимал тугой советский эспандер.

Это что, Петруха? Ëпрст, это точно он. Мой старый друган, а ещё хороший приятель Валеры. Они же в ту мою первую жизнь оба погибли на блокпосте во время взрыва, но сейчас друг друга ещё толком не знают. Валерка же в ту жизнь пошёл в ОМОН, а сейчас он с нами, а Петруха постарше, он в СОБР давно.

Некрасов обещал Валерку прикрыть, если тот даст показания, и не раз говорил, что в больнице лежит кто-то из СОБР, за которым присматривают свои. Вот, значит, и подселили к нему Петруху, а того сам чёрт не напугает. Даже с гипсом на ноге постоит за себя. Ну и своих позовёт, если надо, а братва давно усекла, что с СОБР шутить нельзя. Просто эти два хмыря ещё не знают, с кем связались.

Надо восстанавливать контакт и с Петрухой, но пока нужно решить проблему.

В палате находились ещё два человека, кавказца, оба в почти одинаковых красных спортивных костюмах. Один — высокий, с гладко выбритыми щеками, с золотой цепью поверх куртки. Второй — толстый, с редкой бородкой, растущей из шеи.

Толстый сел на край кровати Валеры, а второй разглядывал книжки. Запугать хотят и не скрываются, прямо в палате наезжают, ещё и при постороннем. Несмотря на прессинг со всех сторон, бандиты всё равно уверены, что могут «убедить» в своей правоте любого, не только силой.

— Ну и чё припёрлись? — спросил Валера, глянув на пейджер.

Не похоже, что парень их боялся. Бросив взгляд на дверь, он меня заметил и подмигнул.

— Так чё, болтаешь много, — сказал высокий. Акцент у него слабый, говорил он по-русски чётко. — Ты, брат, не понимаешь, что серьёзных людей оговорил. Так что помалкивать тебе надо. Молчать будешь — заплатим. Будешь говорить дальше — пожалеешь.

— Вот наглый, — со своего места усмехнулся Петруха, листая газету.

— А тебе слова не давали, — толстый бандит повернулся к нему и встал с койки. У него акцент был сильнее. — Или чё, больше всех надо?

— А тебе? — Петруха посмотрел на него, чуть наклонив голову.

— Ща покурим с тобой сходим, как с этим закончим, — пообещал высокий, злобно смотря на Петруху. — Довыделывался ты, понял? Бери костыли свои, козёл. А вообще…

Бац! Книжка, которую он листал, громко упала на пол, он подошёл ближе к Валере, смахнул всё с тумбочки и наклонил к нему лицо, думая, что так сможет запугать. Толстый тем временем подошёл к Петрухе, взял костыль и перехватил его с таким видом, будто собрался бить им парня.