— Я знаю. Просто беспокоюсь… я сейчас, папе что-то надо, — она пошла к отцу.

— Эта, Лёха, — Димка, возникший будто из ниоткуда, протянул мне мороженое в вафельном стаканчике. — Всем взял, а вы, блин, где-то ходите… пым-пым, — прошлёпал он губами, думая о чём-то своём. — Есть минутка, Лёха? Поговорить хочу.

— Есть, конечно, говори.

* * *

Ресторан «Охотник»

— А чё эта тачка здесь делает? — спросил лысый браток, следящий за машинами на парковке перед рестораном.

— Давно стоит, — второй, крутя чётки из оргстекла, посмотрел на джип с восхищением. — Крузак, сотка, новый. Вот бы такой купить.

— Ага, хрен тебе на рыло.

— Базаришь чё-то много, Серый, — бандит с чётками нахмурился, но посмотрел вдаль. — О, смотри, покойничек едет.

К парковке подъехал чёрный шестисотый «Мерседес». Оттуда вышел Дядя Ваня, очень мрачный.

Было из-за чего ему мрачнеть. Воры собрали сход, и там не только Монгол, недавно ставший врагом, но и настроенный против него смотрящий Тунгус, и ещё три влиятельных московских вора: Таир, вор в законе, с ним Фома, вор в законе, и Реваз Батумский. Что у них на уме — никто не знает.

Но вот с московскими ворами можно договориться. У Дяди Вани была запись, показывающая, что этот Коршунов, на которого никто раньше не обращал особого внимания, пытался стравить воров между собой.

Для чего — неизвестно, но факт был. Коршунов вообще хитрил, но толку уже мало, ему осталось немного. Сынка Александрова больше нет, скоро не будет и братьев.

Ресторан закрыт для обычных посетителей, персонал выгнали, только во втором зале собрались воры для схода и их охрана, никого постороннего. Но путь туда шёл через коридор, где не горел свет.

Дядя Ваня пошёл именно, но два человека вдруг обступили с двух сторон. «Мочить решили», — подумал он.

Но два рослых парня оружия не доставали.

— Привет тебе от К-Коршунова, — сказал один, в тёмных очках.

— Ты пока постой, покури, — произнёс второй и выдохнул ему дым в лицо. — Знаешь, вот давно хотел в глаза вору посмотреть, чтобы вот так вот, наедине, близко. Без всяких адвокатов и ваших блатных понтов.

— Ты чё, мент, оборзел? — Дядя Ваня расставил руки. — Ты…

Парень в очках врезал ему в лицо, и Дядя Ваня упал. А второй, бывший опер РУБОП, наклонился над ним.

— Вот так и скажу Иванычу, — тихо проговорил он, — что вы так же боитесь, как и все. Но у тебя ещё есть шанс, Дядя Ваня. Решили мы тебе его дать. А то зайдёшь внутрь и всё, кабздец, пишите письма.

— Смотрел «Крёстного отца»? — спросил парень в тёмных очках. — Я третью часть не люблю, отсебятина, в книжке т-такого вообще не было. Но мне н-нравится, когда собрались все эти доны мафиозные на сходку, а их к-как давай с вертушки с пулемёта валить.

— Ты про что? — Дядя Ваня напрягся, потому что этот фильм он смотрел…

А на улице началась суета.

— Это кто? — спросил лысый браток, глядя на подъезжающие машины.

— Китаёзы? — второй перестал вращать чётки.

Чёрные машины, в основном японские праворульки, нагло ворвались на парковку. Из них вышли крепкие китайские парни в чёрных костюмах. И все вооружены.

— Вы чё тут… — начал было лысый.

Закончить не успел, его скосило очередью. А отряд пехотинцев китайской бригады ворвался в ресторан. Охраны было больше, но такого наглого нападения они не ожидали.

Дядю Ваню загнали в подсобку и велели не отсвечивать. А в зале, где шёл сход, тоже началась стрельба.