У опера слишком огромная выслуга, чтобы в чём-то его заподозрить. Но он в любом случае достаточно грамотный, чтобы не пропустить улики против Гантимурова и Филиппова, которые сам же и подложит. А ведь всё будет выставлено так, что эти два продажных опера тоже в этом замешаны. Много чего на них, и окурки, и прочее подозрительное выявится. Крепко за них возьмутся.

У Денчика самое крутое алиби — он якобы сидел в стриптиз-клубе в отдельной вип-комнате. То, что он пропадал, не заметят, персонал там обучен молчать.

Алибек, как водится, был на смене, Костя — задержался в конторе, в его кабинете горел свет, а Валера так вообще «уехал» в Улан-Удэ ещё вчера, о чём говорили железнодорожные билеты. Ну, Ярик — в СИЗО, а Глеб — в госпитале, сегодня мы его не вызывали.

Ну а я вернулся домой, разделся и полез под одеяло.

— Ты же говорил — ненадолго уйдёшь, — зевая прошептала проснувшаяся Юлька.

Она осталась у меня с вечера, и я уговорил её лечь пораньше. Спит-то она обычно крепко, ну а я вырвался на пару часов.

— Так и вышло, — заверил я. — Сразу и вернулся.

— А сколько время? — она потянулась к моим часам.

— Спи, ночь ещё, — я приобнял её, но уснул не сразу, обдумывал всё и что делать дальше.

Дел ещё много, но от пачки очень опасных врагов избавились.

* * *

Несколько дней спустя. Старый рынок

— В СИЗО вообще не кормят? — спросил я.

— Как на убой там кормят, — ответил Ярик, накалывая на вилку очередной кусок шашлыка. — Каждый день мясо.

— А по виду — ты будто из голодных краёв приехал. Уже столько съел.

— Так кормят-то невкусно!

Он ел и ел, уже третью порцию. Мы сидели в шашлычной на Старом Рынке, обсуждали, что случилось, и куда двигаться дальше.

А в шашлычной поставили новый музыкальный центр.

— Будет всё, как ты захочешь, — громко доносилась песня из висящих на стене колонок, — будет мир у ног твоих!

— Знаешь, кто там ко мне ещё приходил? — спросил Ярик таинственным голосом.

— Монгол? — я обмакнул кусочек мяса в кетчуп.

— Не только. Его, кстати, прессуют чекисты, правда, никто не знает, с какого перепуга. Кроме него ещё приходил… — он выдержал паузу. — Дядя Ваня, лично.

— А он чем интересовался? — я смерил брата взглядом.

— Ничем особенным, — Ярик пожал плечами. — Мол, как сижу, надо ли что-нибудь сделать, что на волю передать, что принести. А потом говорит: позвони, как выпустят.

— Учтём, — я задумался.

Так, и что ему нужно. Но место в очереди для него есть. Часть людей брата Джабраилова ушли, залегли на дно зализывать раны.

Наверняка ищут, кто их втравил во всё это, поэтому мы их держим на карандаше, чтобы подключить против кого надо. А вот Шаху пришёл конец, как и Вербицкому с его командой.

Зверюге тоже конец, Мага изолирован напрочь, его люди даже перестали запугивать свидетелей. Его банда почти готова.

— И чё? — спросил Ярик шёпотом. — Кем дальше займёмся?

— Ну, как и планировали раньше. Теперь Монгол, дядя Ваня… и китайцы. Есть у меня кое-какие планы на них. Ну и мелочь надо подобрать, чтобы не расслаблялись.

Глава 11

Некоторое время спустя

— Опа-опа-опа, — Димка с восторгом смотрел в экран телевизора. — Смотри, чё делается! Хах! По сопатке!

— Ты же этот фильм видел сто раз, — протянула Юлька.