Сейчас это мелкие исполнители, но со временем будут действовать более масштабно, когда их патрон поднимется, а они вслед за ним и выше. Ведь Вербицкого посадят, а эти останутся.

Про них никто не знает, они так будут оставаться в тени, пользуясь служебным положением.

Нет, уже не будут. Зверюга точно решит, что они идут за ним.

Подручные Вербицкого и примкнувший к ним Новиков вошли на склад, а Валера захлопнул за ними дверь и повесил большой советский замок.

Попались. Кто-то долбанул дверь изнутри, но открыть не вышло. Ну, на помощь Вербицкому они уже точно не поедут.

Ну а мне нужно сообщить всем оставшимся участникам, куда ехать им, чтобы всё совпало как нужно. Я убедился, что отсюда никто не уйдёт, и только после этого сел в машину.

И вскоре услышал, как внутри склада загремели выстрелы. Но до жилых домов слишком далеко, никто посторонний этого не услышит.

Но это только часть дела. Ещё есть и остальное, не менее опасные враги. Я поехал туда, где залегли Хирург и Абхаз. Время ещё есть…

Глава 10

— Это чё за подстава? — рявкнул Новиков, когда дверь захлопнулась. — Кто там такой умный?

— Да никого не было, — лейтенант Соколов огляделся и посветил фонариком. — Сквозняком, может, захлопнуло.

Его молодой коллега по фамилии Петренко толкнул дверь, потом саданул плечом. Не поддалось.

— Как там? — тихо спросил Новиков, перехватив биту. — Коршунов? Вот щас его н***й поймаю, ноги из жопы вырву.

— Его тачка снаружи была, — Соколов посветил в угол, где прямо в стене был выбит проход. — О, там чё-то есть.

— Выруби, — Новиков присмотрелся, когда фонарик погас. — Там свет горит. Ну умник какой, ща я ему.

— Чем тут несёт? — Соколов зажал нос.

— Тебя не было — ничем не воняло, — Новиков усмехнулся.

— Ты чё-то много себе позволять стал, — огрызнулся Соколов. — Шуруй давай, разбираться надо.

Он быстро пошагал в темноту, Соколов следов. Петренко ещё раз толкнул входную дверь, но оставшись в темноте, начал испуганно озираться. Фонарик светил где-то вдали, были слышны гулкие шаги. Рядом капала вода.

— Это чё, собака? — послышался голос Соколова. — Дохлая. Это она тут воняет!

Шаги впереди… и шаги где-то рядом.

— Тёма, это ты? — Петренко замер.

Шагов больше не было. Слышно, как в соседнем помещении переругивались Новиков и Соколов.

Вдруг хлопнула дверь где-то в глубине. Здесь не одно помещение склада, тут будто одна комната перетекала в другую. Временные стены из досок, проходы в старых бетонных стенах, какие-то коробки и палеты в некоторых местах тоже мешали проходу. Целый лабиринт.

Снова раздались шаги. Петренко вздрогнул, достал пистолет и зарядил. За это может крепко попасть, Вербицкий строго запрещал пользоваться табельным на этих неофициальных поручениях.

Тогда лейтенанту здорово прилетело, когда он случайно выстрелил на той квартире. Нечаянно вышло, он не хотел стрелять, просто запугать, чтобы она перестала верещать и заткнулась, но кому это докажешь?

Но Вербицкий как-то выпутал его из той истории. Подстроили всё так, что ту девушку застрелил её отец, коммерсант Матафонов, тем более он спал пьяный в отключке и ничего не помнил. И пулю потом подменили, чтобы табельный не светить.

Правда, уехал он на зону раньше чем нужно, а его бизнес с поставками подсолнечного масла развалился до того, как на нём получилось оторвать кусок.

За это Петренко попало больше. В дальнейшем от него требовалось проверять, как всю работу делает Новиков, а самому вмешиваться только в том случае, если бывший стукач не справляется.