— А его убил ты?

— Нет. Он сам себя заколол.

Обладатель красных одежд покачал головой.

— Из какого бы клана ты ни прибыл, раньше они подбирали шпионов поумнее. Ты ведь понимаешь, что живым отсюда не выйдешь?

— Безусловно. Я сюда, по-хорошему, и входить-то не должен был.

Снова боль.

Интересно, есть предел, за которым я наконец потеряю сознание и избавлю себя от этого идиотского допроса?! Хотя опыт подсказывал, что потеря сознания спасёт ненадолго. Меня заставят прийти в чувство и будут допрашивать дальше — всеми силами пытаясь убедить сознаться в том, о чём я не имею ни малейшего представления.

— Повторяю вопрос, — сказал человек. — Из какого ты клана?

— Из клана Чжоу! — вдруг резко оборвал его запыхавшийся голос. Юн снова опоздал. Но в этот раз хотя бы не фатально. — Отпусти его немедленно, Реншу! Это — мой телохранитель.

— Давно ли, позволь узнать? — с усмешкой спросил человек в красном.

Отпускать меня не спешили.

— Со вчерашнего дня.

— Вот как? И чьё же это решение?

— Моё, разумеется! Я оценил мастерство этого борца ещё в самом начале турнира. Сегодня, став его безусловным победителем, — Юн кивнул на труп Нианзу, — Лей подтвердил право носить высокое звание моего телохранителя.

— Ты собираешься взять в телохранители человека, убившего исполняющего обязанности главы клана, твоего регента? Я правильно понял?

— Я не собираюсь, Реншу. Я уже взял на службу Лея. Это во-первых. Во-вторых, если помнишь, решение о назначении мне регента, так же как и решение о том, кто им станет, принимал не я. Вы меня вообще ни о чём не спрашивали! Просто поставили перед фактом.

— Тебе прекрасно известно, что в своих решениях мы следовали законам клана. Ты ещё слишком молод для того, чтобы управлять.

— О, да! Мой возраст, безусловно — основная помеха. И ваш главный козырь. Вы-то все, как на подбор, взрослые, умные и тщательно следующие каждой букве закона.

— Ты забываешься, Юн. — В голосе Реншу зазвенел металл.

— О, нет! Я как раз в полном уме и твёрдой памяти. В отличие от человека, которого вы назначили моим регентом. — Юн снова кивнул на Нианзу. — Уж ему-то давно не шестнадцать! Он самый опытный в Совете клана, и самый сильный среди избранных. Только сейчас он почему-то лежит здесь — с мечом, который сам всадил себе в грудь, чтобы избежать неслыханного позора. Ваш хвалёный регент проиграл бой моему ровеснику. Обычному борцу.

— Тебе прекрасно известно, что этот парень — избранный, — процедил Реншу. — Ни о какой «обычности» тут даже речь не идёт! Это шпион какого-то из кланов.

Юн покачал головой:

— Перестань, Реншу. Никакой он не шпион. Лей — избранный, да. Но шпионство, при всём моём уважении к Совету, это домыслы людей, привыкших ожидать опасности извне, и не желающих видеть её у себя под носом. После смерти отца я находился в полном смятении, — горько продолжил Юн, — я не знал, что мне делать, и целиком положился на вас. Я безропотно позволил Совету назначить мне регента, позволил передать всю власть ему… И что в итоге? К чему это привело? Из-за попустительства Нианзу погибла большая часть борцов, прибывших на турнир.

— Погибли самые слабые. Клану не нужен шлак.