Джимми, полицейский, дежурящий у дверей сенатского комитета по делам разведки, смотрел в сторону, пока Джон расписывался в журнале.

Когда Джон вошел внутрь, секретарь комитета мельком взглянула на него и поспешно отвернулась, уткнувшись в редактируемое письмо на мерцающем экране компьютера.

«Не хочет смущать меня вопросами про синяк на лбу», – подумал Джон. Благодаря льду и аспирину багровое пятно уменьшилось до размера серебряного доллара, но все равно производило впечатление. «Почти как родимое пятно», – подумал Джон, тронутый чуткостью секретарши. Ему совсем не хотелось опять ей лгать.

Из своего кабинета появился управляющий штатом. Он увидел Джона и тоже отвел взгляд.

Джон нахмурился: даже не кивнул.

Синие жалюзи в аквариуме были закрыты.

В голубоватом сумраке сидел долговязый «стрелок» в костюме и галстуке, его черные, похожие на крылья, ботинки покоились на столе Джона.

Дверь закрылась за спиной у Джона.

– Ваши ботинки испортят полировку, – заметил Джон.

– Не возражаешь, что я заглянул? – спросил начальник отдела безопасности Корн.

– Чем я могу быть полезен, сэр?

– Пользы от тебя чем дальше, тем меньше.

Джон спрятал руки за спину и прижал их к столу Фрэнка.

Не давай Корну заметить, что ты дрожишь.

– Вы принесли назад мои вещи и документы? – поинтересовался Джон.

– Я знаю, – сказал Корн.

– Что знаете?

Зазвонил телефон на столе Джона.

Один звонок, второй.

– Ты не собираешься ответить? – поинтересовался Корн.

– Наверное, неправильно набрали номер.

Сердце колотится. Только бы это не Фил Дэвид, пусть он позвонит позже! Позже!

Корн не спускал глаз с телефона, надрывающегося на столе, рядом с его ботинками.

– Хочешь, отвечу за тебя? – спросил он.

«Или Гласс, – лихорадочно соображал Джон. – Если Корн услышит голос Гласса…»

– Не стоит… не стоит проявлять ко мне такую благосклонность, – сказал Джон. – Не надо выполнять за меня мою работу.

Он может снять трубку без моего разрешения, но я успею прыгнуть и вырвать шнур из розетки, прежде чем он сможет определить кто…

Телефон замолчал.

– Эх, – сказал Корн. – Слишком поздно. Ну ладно, может быть, перезвонят.

– Вряд ли это звонят вам, – сказал Джон.

– Может быть, мне и не стоит беспокоиться, – сказал Корн. – Но я могу ответить. Это правительственный телефон. И я государственный служащий.

– Также, как все мы, – заметил Джон. – Однако это не ваш номер.

– Лэнг, у кого есть твой номер? Я знаю, как ты заработал это гусиное яйцо на лбу. – Корн улыбнулся. – Думаешь, у меня нет друзей в арлингтонской полиции?

– Никто не запрещает вам иметь друзей где угодно.

– Я твоя последняя надежда, – сказал Корн.

– На что?

Корн убрал ноги со стола.

– Или ты все выкладываешь, или у тебя будут неприятности, – сказал он. – Ты должен сделать выбор. Прямо сейчас.

– Кто-нибудь из нас двоих понимает, о чем идет речь?

– Я говорю о твоем приятеле – Филипе Дэвиде.

Джон бросил на него быстрый взгляд.

– Мы с детективом Гринэ нашли общий язык.

– Мир держится на взаимопонимании. – Джон почувствовал, что взмок.