– Нет.

– А ты лжешь мне?

– И не собирался.

– Говоришь, как настоящий шпион. Ходишь вокруг да около не хуже любого адвоката. Где они тебя готовили?

«Вот она, – подумал Джон, – черта. Возможно, я уже переступил ее».

– Им пришла в голову великолепная идея, – сказал он. – Позволить армии сделать это за них. Или попытаться выбраковать меня или сделать из меня человека. Управление «руководило» моим выбором. Как резервист, я пошел в воздушно-десантные войска, получил направление в спецподразделение «зеленые береты». Специальные приемы ведения разведки, обучение особым способам ведения боевых действий. Армейские разведывательные школы в Аризоне, Кентукки. Несколько недель обучения оперативной работе с инструкторами ЦРУ на надежной явке в… Новой Англии. Мне понравилось там: снег, березы. Что это? – сказал он, положив на стол похожую на журнал брошюру, которую он принес из дома Фрэнка.

– О, – сказала Фонг, – это…

На обложке было написано: «Новое чикагское речное обозрение».

– Так, ничего особенного, – закончила она.

– Не пытайся провести опытного обманщика.

– И опытного убийцу? – Она не улыбалась.

Джон тоже. Он пролистал страницы – черно-белые фотографии, рисунки, строчки прозы и…

– Страница сорок семь, – подсказала она.

Он прочитал одно из семи стихотворений на этой странице:

– Мне нравится, – сказал он.

– Мне тоже.

– Почему не «Фонг Мэтьюс»?

– Это старое стихотворение, – сказала она. – Тогда мне не хотелось, чтобы… под ним стояла моя фамилия. К тому же хайку, под которым стоит звучащее по-японски имя, скорее примут, чем если под ним будет стоять смешанное.

– Которое на самом деле вьетнамское.

– Которое на самом деле американское. Которое выглядит, как всякое…

– Для меня ты выглядишь так, как есть.

Она закатила глаза.

– Папа не одобрил бы моего желания добиться успеха хитростью.

– Если ты уберешь из последней строчки журавля, поставив вместо него «Я», ты получишь правильный подсчет слогов.

– В наше время допускается отступление от правил.

– Но если ты меняешь форму…

– Кроме того, «журавль» мне нравится в моем стихотворении гораздо больше, чем «я». Это важнее, чем форма.

– Кроме того?

Она пожала плечами.

– Без «Мэтьюс» за моим именем папа мог не беспокоиться о том, что это найдут при обыске.

– Не думай об этом, – сказал Джон. – Это моя работа.

– Где ты делал свою работу? Я имею в виду настоящую работу, а не игры в здании конгресса.

– Твой отец когда-нибудь рассказывал тебе про меня?

– Папа никогда бы не стал много рассказывать мне про тебя.

– Почему?

– Он никогда не хотел, чтобы я общалась с людьми, подобными ему.

– Наверное, он был прав, – сказал Джон.

– Ты сказал это как простой человек? Или как шпион?

Спроси:

– Могу я почитать другие твои стихи?

– Нет, – отрезала она. – Вам случалось вместе выполнять задания?

– Никогда.