– Каких же?

– Ну, сам посуди, еще совсем недавно они считали себя центром мира, а остальные страны либо вассалами, как Корею с Японией, либо не стоящими упоминания варварами, как весь остальной мир.

– И нас тоже?

– Конечно. Такие же «заморские черти», как голландцы или англичане. Даже хуже.

– Но почему? В смысле, почему хуже?

– Потому что мы не только заняли Порт-Артур, как португальцы – Макао или англичане – Гонконг. Но и признали независимость Кореи и Внешней Монголии, а Маньчжурию, которую они, кстати, тоже считают своей, сделали практически протекторатом.

– То есть для них мы такие же захватчики, как и японцы? – немного поразмыслив, спросил Николай.

– В общем, да. Разве что резню никогда не устраивали, как джапы в Нанкине, и в правах на своих территориях не ущемляем, а так…

– А ты сам как думаешь, это китайская земля?

– Что именно? Корея с Монголией? Определенно нет.

– А Маньчжурия?

– Хороший вопрос. Скажи, Казань – российский город?

– Конечно!

– А в пятнадцатом веке?

– Прости, я тебя не понимаю…

– Все просто. Примерно триста лет назад маньчжуры начали завоевание Китая и, как тебе вероятно известно, преуспели в этом. После чего основали новую императорскую династию.

– Цин? Но ведь Синьхайская революция свергла императорскую власть…

– Вот именно. Но земли бывших завоевателей китайцы по привычке считают своими. И продлись их сосуществование в едином государстве еще немного, скорее всего, так бы и было.

– А теперь?

– Честно?

– Ну конечно!

– Не знаю. Видишь ли, сейчас в это трудно поверить, но у Китая большой потенциал. И вполне может статься, что в будущем именно он станет мировым лидером.

– Ты серьезно?!

– Ну а почему нет? Страна немаленькая и с огромными ресурсами. Народ талантливый и очень трудолюбивый. Добавь к этому великую историю и не менее великую культуру. В общем, у них есть все, кроме…

– Кроме чего?

– Спокойствия. Случись в Европе большая война, вроде тех, что бушевали во времена Наполеона, или даже пара…

– Ты говоришь страшные вещи, – задумался цесаревич, но потом тряхнул головой, как будто отгоняя наваждение. – Или все-таки шутишь. Ну с чего бы в старой доброй Европе затевать кровопролитие? Да и отец никогда бы не допустил подобного.

– Как знать. Истории, как правило, нет дела до воли власть предержащих, она развивается по своей логике. Очень немногие правители умели предвидеть и заранее приготовиться, а на долю большинства оставалось лишь реагировать на удары судьбы.

– И ты полагаешь, что мы всего лишь реагируем? – как-то по-новому посмотрел на наставника Николай.

– Ты задал вопрос, я ответил, – пожал плечами Март. – В конце концов, это всего лишь мое частное мнение. Но я уверен, что если мы сумеем с китайцами поладить и договориться, что называется, «на берегу», то в перспективе можем и жить мирно. Понимаешь, роль Китая в будущем очень велика. Это уже многие поняли. Вот хотя бы североамериканцы. Недаром они так плотно окучивают Чан Кайши… Так что лучше нам дружить. А не вилять… хм-м… хвостом… Эти ребята умеют ждать, и терпение у них просто бесконечное. Привыкли за столетия монгольского, а потом маньчжурского господства…

– Иными словами, со временем Китай дойдет до края шахматной доски и из пешки превратится в сильную фигуру или даже ферзя?

– Вполне вероятно.