– Да, – вновь проявившись перед соратниками, как ни в чем не бывало продолжил Март, – а когда он угодил к нам на подвал, пришлось ему поделиться всеми секретами.

– Как ты это делаешь? – никак не мог прийти в себя потрясенный оружейник.

– Сейчас важно лишь то, что я это могу, – туманно отозвался довольный произведенным эффектом Колычев.

– Погоди-ка, если даже мы с Ибрагимом тебя не видим, то обычные люди и вовсе не заметят?

– Да, это может принести пользу, – кивнул японец. – Полагаю, что вам удастся снять нескольких часовых, оставаясь при этом незамеченным, но со всем гарнизоном не справитесь даже вы!

– Нет, друзья, такой цели я перед собой не ставлю, хотя… да, было бы эпично!

– Тогда что?

– На территории базы надо заложить мины. Причем так, чтобы их было трудно найти и совсем уж невозможно деактивировать. Но зато мы могли бы привести их в действие в нужный момент.

– Хм, тогда провода отпадают. На часовые механизмы нет времени… – задумчиво протянул Ким.

– Остаются радиовзрыватели, точнее, их аналоги, – ненавязчиво намекнул Март.

– Так ведь нет у нас радиовзрывателей! – уверенно отозвался Витька.

– Зато есть очень хороший артефактор, обычные детонаторы и некоторое количество взрывчатки.

– Вы хотите совместить детонаторы с артефактами? – первым догадался японец. – Остроумное решение, но не слишком ли это расточительно?

– Увы, друг мой. В любой другой ситуации я счел бы подобное чрезмерным, но сейчас иного выхода нет.

– Что надо делать? – спросил Витька, в глазах которого сверкнули азартные огоньки.

– Ты делаешь мины, а…

– А я – взрыватели, – кивнул Ибрагим.

– Успеете?

– В самих устройствах ничего сложного нет, – философски пожал плечами Хаджиев. – Жаль только материалы. Из них можно собрать множество куда более полезных и совершенных изделий.

– Обещаю тебе, что это в первый и в последний раз!

– Ну да, – скептически посмотрел на своего начальника японец. – Как там говорят у вас русских? Красиво говорить легче, чем таскать мешки с рисом…

– На гору Фудзияма? – продолжил за него Ким и заржал.

– Отставить смех! – строго посмотрел на приятеля Март, с трудом сохраняя серьезность. – За работу, господа военлеты!

* * *

Незадолго до начала «дальневосточного турне» Март побывал в Сенате. У него оставалось немного времени до назначенной встречи, и от нечего делать он осмотрел доставшийся от деда кабинет через «сферу». И обнаружил небольшой тайник, крайне заинтересовавшись его потенциальным содержимым.

«А вдруг там еще какие-либо артефакты или адаманты россыпью…»

Но в небольшой и надежно укрытой нише оказалось нечто более ценное – небольшая папка, внутри которой нашлось полтора десятка пожелтевших от времени листов. Текст, отпечатанный на старинном «Ундервуде» со всеми положенными ятями, ижицами и прочей дореформенной орфографией, был щедро покрыт пометками и правками, сделанными, очевидно, рукой самого Ивана Архиповича.

Судя по всему, это были черновики какой-то неоконченной работы его деда. Никакой «магии» в предмете не наблюдалось, зато содержимое очень заинтересовало Марта. Первый лист был озаглавлен – Колычев А.