– Только чтоб повенчаться в нашем храме. Это мое непременное условие.

– Согласны. Только если не затягивая. Самое позднее – послезавтра все и устроить. А лучше не откладывая, прямо сегодня.

– Вот, опять спешат. И куда? – не без укоризны проворчал Калашников.

– Не мы такие, жизнь такая…

Тайфуны в Юго-Восточной Азии – дело совершенно обычное, но чаще всего они возникают летом и осенью. Однако весной 1942 года в небесной канцелярии решили по-другому, и на все западное побережье Корейского полуострова обрушились ураганные ветра. Особенно сильно пострадали окрестности Чемульпо, но досталось и остальным провинциям королевства.

Первым, кто на утро после обручения и последовавшей за ним гулянки постучал к Марту в номер, оказалась облаченная в привычный китель вместо нарядного платья Татьяна.

– Командир, есть срочная информация.

– Вот уж кого не ожидал увидеть, так это тебя, Таня…

Его второй пилот, никак не отреагировав на слова капитана, настойчиво повторила:

– Мартемьян Андреевич, плохая метеосводка. Над Кореей тайфун. И очень мощный. Мы же собирались сегодня туда лететь?

– Да, с вечера был такой план.

Март выглянул в окно. В Хабаровске, кстати, погода тоже не баловала, но все же не шла ни в какое сравнение с тем, что, судя по всему, сейчас творилось на полуострове немного южнее.

– Думаю, сейчас это нецелесообразно… – настойчиво повторила Калашникова.

– Как сказать… А что погодные шаманы с бубнами обещают на день?

– Центр урагана уже сместился дальше в сторону материкового Китая. Но пока что воздушное пространство Кореи для авиации закрыто. Штормовое предупреждение.

– Тогда ничего отменять не будем. Готовься к вылету. Как только небо откроют, ветер немного стихнет и улучшится видимость, пойдем в Сеул. Глядишь, и наша помощь лишней не будет.

Глава 13

Отец Василий подвернул и без того обтрепанные рукава подрясника и покрепче ухватился за топорище. Пронесшийся этой ночью над центральными провинциями Кореи тайфун наделал много бед, не меньше, чем Японская война. И без того сильно поврежденное за время боевых действий здание Чемульпинского приюта этой ночью разом лишилось половины кровли. Почти все окна оказались разбиты. В саду поломало и повалило много деревьев, оборвало линии электропередачи и телефонной связи. Хуже всего – рухнули и оказались изорваны в клочья трофейные армейские палатки, в которых всю зиму ютилась добрая половина приютских сирот.

Свободных рук взять сейчас было неоткуда. Все окрестные жители сами занимались ровно тем же – старались совладать со свалившейся напастью, каждый в своем доме. Так что рассчитывать можно только на воспитанников, число которых за последнее время сильно увеличилось. Уж больно много сирот появилось во время боевых действий.

Прошлым летом, сразу после внезапного нападения японцев, их приют эвакуировали в Пхеньян. В небе в те горячие дни творилась полная неразбериха, поэтому отправлять детей воздушным транспортом никто не рискнул. А по железной дороге несчастных две с половиной сотни верст пришлось добираться почти двое суток. Взятые в дорогу припасы быстро кончились, топлива для паровозов не хватало, а под конец их едва не разбомбили. Так что последние километры пути пришлось идти пешком по шпалам.

Там их наконец приписали к одному из госпиталей, и стало немного полегче. Старшие дети помогали медицинскому персоналу, для самых маленьких организовали что-то вроде яслей. Что пришлось за это время пережить отцу Василию и вверенным его попечению воспитанникам, знали только Господь Бог и они сами. Налеты авиации и обстрелы диверсантов. Недостаток всего самого необходимого, включая продовольствие и медикаменты.