— Ты меня достал своими лекциями. Надоело!

— Ты же любишь лекции! — Чжан крепко сжал меня, и я прильнула к нему, кожей почувствовав холод его куртки.

— Раздевайся скорее!

— Не собираюсь. Отсосешь прямо так.

Опустившись на колени, я расстегнула молнию на его джинсах. Чжан извлек из трусов свое сокровище и пристроил мне в рот. Я сосала, а он продолжал разглагольствовать:

— Ты послушная девочка. Делаешь все, что говорят. Но почему? Я про университет Q. мало знаю, но, наверное, это один из лучших ваших университетов. В Китае девушки, окончившие университет, такими делами не занимаются. Они думают только о карьере, как пробиться наверх. А ты на карьеру наплевала. Надоело быть послушной на работе? Скажешь, нет? Лучше подчиняться мужикам, которых раньше в глаза не видела? Но мужики не любят послушных. У меня была очаровательная сестренка. Настоящая красавица. Мэйкунь. Она уже умерла, но как я ее почитал, как любил! Она всегда стремилась вперед, вверх, как бы тяжко ни приходилось. Терпеть не могу женщин, которые смотрят назад. Я бы никогда тебя не полюбил. Поэтому и отношение к тебе такое…

Чжан распалялся все сильнее. Оторвавшись от дела, я быстро достала из сумки презерватив и натянула на него. Чжан, не вставая с матраса, привлек меня к себе и впился в мои губы. Я была поражена. Так  клиенты никогда меня не обнимали. Чжан задвигал бедрами, и я почувствовала, что во мне что-то меняется. Ничего подобного раньше со мной не бывало. Что происходит? Я вся горела внутри. До сих пор, когда я делала это с другими, я только притворялась, но сейчас все было по-настоящему. Это невозможно! Нет! Я крепко вцепилась Чжану в куртку.

— О-о, боже! Спасите!

Чжан удивленно посмотрел на меня и… кончил. Задохнувшись, я прижалась к нему, но он тут же отодвинулся.

— Почему ты сейчас крикнула «спасите»? — серьезно спросил он. — Я обнимал тебя, как сестренку, поэтому тебе было хорошо. Ты должна мне сказать спасибо.

Он что, опять цену сбивает? Я не могла отдышаться и толком сообразить, что к чему. Тут только я заметила, что Чжан играет париком, который свалился с моей головы.

— У сестренки тоже были длинные волосы. Такие же примерно. Она упала в море, я видел, как она утонула.

Лицо Чжана потемнело.

— Я с удовольствием послушаю твой рассказ, а ты мне дашь восемь тысяч. Хорошо?

Чжан поднял голову — недовольный, что я прервала его мысли.

— Что ж, этого следовало ожидать. Тебе дела нет до моих рассказов. Главное — заработать побольше. Думаешь только о себе, — раздраженно бросил через плечо Чжан.

Внезапно налетевший с севера ветер закружил разбросанный по крыше мусор. Чжан энергичным движением поддернул к подбородку расстегнутую до пупка молнию на куртке. Мне страшно захотелось осадить его, поставить на место, но портить настроение и устраивать на крыше базар из-за денег было совсем ни к чему. Он иностранец и ничего не соображает. Куда ему понять, как я страдаю! Я ненавидела Чжана все сильнее — правда, только про себя. Но больше всего меня раздражало другое. С ним я впервые получила удовольствие от секса, а он оттолкнул меня с полным безразличием. Хотя, может, как раз все дело в безразличии? А если говорить о страданиях, то страдать, собственно, и не из-за чего.

— Я дура. Извини.

— Правильно. При этом ты работаешь в первоклассной фирме, да еще выучилась в хорошем университете.

Его слова задели меня всерьез.

— Между прочим, так оно и есть. Да будет тебе известно, среди моих клиентов есть профессор университета. Так он не просто спит со мной, ему еще нравится со мной беседовать. Мы разговариваем на специальные темы, он рассказывает о результатах своих исследований. Нас связывают научные интересы.