В одном из гардеробов я позаимствовал арктический комбез. Благо нашёлся моего размера. Экипировавшись, я отправился на внешний осмотр. И довольно быстро обнаружил металлическую лестницу со страховочными кольцами, которая вела вниз, к полосе прибоя, где в небольшом гроте-укрытии был оборудовал причал для катера на воздушной подушке. Вот и средство заброса нашлось. Озадачивало только, что судно на месте — значит, отсутствующие члены команды не могли эвакуироваться, оставив «стрелка».

Был вариант, что часть команды отправилась на вылазку, вглубь острова. Но в контейнере — ангаре стояло два снегохода, и больше бы туда при всем желании не влезло. Если кто-то и ушёл из обитателей, то пешком. Хорошо бы тут, на базе, оставить засаду… но сначала надо вернуться, успокоить своих.

Я направился к снегоходу. И только когда завёл двигатель, сообразил, что на мне чужой комбез. Проблема: со своими не связаться никак, нам предписано полное радиомолчание. Поэтому о рации я даже не подумал, когда выезжал. Пришлось натянуть поверх комбеза второй броник, избавиться от шевронов — благо они были на липучках — и надеяться, что меня не примут за чужака. Других вариантов просто не было.

Уезжая, я оглянулся. Теперь базу было видно отчетливо: я сорвал часть маскировки, когда въехал в неё на снегоходе. Но моё внимание привлекли не верхушки белых контейнеров с бывшим снайперским гнездом. Дальше, на скалистом берегу, километрах в трёх от базы я заметил странное сооружение. Впрочем, у меня не было уверенности в том, что это именно сооружение. Может, это просто игра природы; скалы так причудливо сложились, что теперь напоминали руины какого-то древнего замка. Но разглядывать диковинку времени не было. Потом, после ремонта вездехода и детального обследования базы можно будет туда заглянуть, проверить что и как, для успокоения. Но не раньше.

Ваня — так звали лейтенанта — встречал меня у открытого пандуса. Как положено, он держал меня на прицеле, пока я не откинул визор, показывая лицо.

— Тащ капитан, вы! — радостно крикнул он, опуская ствол.

— Так точно! — ответил я, стараясь перекричать ветер.

Мы вместе загнали снегоход на место и закрепили машину штатными креплениями. Потом закрыли пандус.

— Надо бы Михалыча убрать… — сказал я, снимая вражескую одежду.

— Сделано, — ответил Ваня, — в медотсеке, оказывается, холодильник предусмотрен. А я и не знал. Мы с доктором убрали…

— Добро, — кивнул я. Честно говоря — я и сам забыл про оборудование медотсека. Хотя перед выходом штудировал все ТТХ вездеходного комплекса.

— Тащ капитан, надо бы с ремкомплектом разобраться, — продолжал лейтенант.

— Слушай, — ответил я, — давай-ка ты будешь меня звать Сергей Александрович. Обстановка у нас тут специфическая. Отойдём от устава, исходя из полевой целесообразности.

— Есть, Сергей Александрович! — ответил Ваня и добавил шепотом: — так в конторе у вас принято, да? Я слышал.

Я рассмеялся. Но потом всё-таки ответил:

— Так точно, Иван Михайлович.

— Ну и отлично, — улыбнулся Ваня, — с гражданскими, опять же, удобнее. Сольёмся совсем!

— Совершенно верно, — я улыбнулся в ответ, потом кивнул в сторону стеллажа, где, как я помнил, лежал ремкомплект лобового стекла, — ну что, делом займёмся?

Лейтенант кивнул в ответ и потёр ладони.

За следующие два часа я раз пять успел проклясть создателей ремкомплекта и раза три — инженеров, спроектировавших вездеход.