|
Вожак со страшной скоростью начал трезветь и, когда мужик отпустил его, он явно смог бы пробежать по канату под куполом цирка и ни разу не пошатнуться. Процесс вытрезвления его приятелей начался чуть позже и шел не так бурно, но на конечном результате это не сказалось. Все четверо сорвались со своих мест и резво стартовали в неизвестном направлении на потрепанных «Жигулях» непонятной модели. Но, как оказалось, сюрпризы на этом не кончились. Скоро к заведению подполз сине-желтый «УАЗик», и в зал, с явным намерением просто перекусить, вошли трое милиционеров. Если старший наряда еще посматривал по сторонам суровым дежурным взглядом, то его коллеги, несомненно, собирались уделить больше внимания местному меню, а не проверке документов и ловле преступников. Они уже сели за столик, положили на него автомат и фуражки и закурили, ожидая свои сосиски и пельмени, когда к ним подошел тот самый мужик в бордовом пиджаке и с фужером в руке. Марат слышал весь диалог.
— Здравствуйте. Я три года нахожусь в федеральном розыске и сейчас хочу сдаться. — Тебе не к нам, а в вытрезвитель надо идти сдаваться, — посоветовал старший, перекладывая автомат со столика к себе на колени. — Напрасно, я совсем не пьян и говорю правду. Просто мне надоело шарахаться от каждого мента и вскакивать по ночам, когда у дома останавливаются машины. Паспорта у меня с собой нет, он в квартире остался. Но, когда проверите меня по ЦАБу, то сможете убедиться… У меня единственная просьба, дайте мне еще минут пятнадцать, хочу с девушками на прощание потанцевать. — Танцуй, — разрешил старший, усиленно что-то вспоминая. — Спасибо. Спиртное не предлагаю, вы на службе. Может быть, соки или пиво? — Можно, — легко согласился старший. — Хорошо, я сейчас устрою. Минутку! Мужик отошел к стойке, расплатился, оставив сдачу, и вернулся к милиционерам, неся три банки лучшего пива и три литровых коробки с соками. — Что ж ты такого натворил? — спросил нагловатого вида младший сержант, закуривая и вытягивая ноги в проход. — Я? Да так… Кинул пару-тройку весьма приличных фирм. — Тебя ж, наверное, и бандиты ищут? — предположил старший, возвращая автомат на стол и открывая пиво. — Думаешь, если сидеть будешь, так они до тебя не доберутся? — Это уже мои проблемы, — мужик грустно улыбнулся. — Но я хочу через несколько лет выйти и… начать все немножечко по-другому. Я пока могу быть свободен? Старший неопределенно махнул рукой, и мужик вернулся к своему столику. Через минуту он уже танцевал с одной из подруг. Младший сержант наблюдал за ним со смешанным выражением любопытства и восхищения. Перед посадкой в «луноход» мужик отдал одной девушке свою золотую цепь, другой — массивные золотые часы и медленно, печально посмотрел в глубину прокуренного темного зала. Олег, когда Марат пересказал ему эту сцену, прокомментировал ее просто: — Дурак он. Или упился, или планка у мужика съехала. Да сколько народу прячется годами, и ничего, чихать они хотели на ментов со всеми их федеральными розысками. Не захочешь — никто тебя не поймает, если, конечно, сам дурака не сваляешь… Что он, за три года за границу удрать не мог, что ли? Марат спорить не стал, но остался при своем мнении. Прощальный взгляд того мужика надолго врезался ему в память. Но это было давно и касалось людей посторонних, а сейчас Марат сидел в машине и примеривал похожую ситуацию на себя. Решение никак не приходило. Он думал об Олеге, завидовал его умению находить лазейки, выкручиваться из любых ситуаций и биться до последнего, и одновременно ненавидел его, считая виновником всех своих несчастий. |
