Исследование «социальной реабилитации» в одной из наших крупнейших психиатрических больниц показало мне, что пациенты часто освобождались из-под надзора, поскольку они научились не проявлять симптомы перед окружающими людьми; другими словами, они интегрировались с окружением в достаточной степени, чтобы понять предубежденность, негативное отношение окружающих к их галлюцинациям. Это было похоже на то, как будто они поумнели достаточно, чтобы относиться терпимо к глупости окружающих, обнаружив в конце концов, что это именно глупость, а не злой умысел. Они могли после этого получать удовлетворение от контактов с другими, в то же время избавляясь частично от своих навязчивых желаний психотическими средствами.

Такой терапевтический результат имел место среди пациентов, прибегающих к психотическому решению своих жизненных проблем. Терапевтический механизм имитационного поведения в группах амбулаторного лечения существенно иной. Изначальная имитация представляет собой, в частности, попытку получить одобрение; однако, на этом дело не заканчивается. Некоторые пациенты сохраняют свою способность проверки реальности и гибкость и понимая, что изменения в их поведении, носят позитивный характер и ждут соответствующей реакции окружающих. Возрастающее принятие и одобрение может, затем, повлиять на изменение собственной самооценки и самоуважения так как это описано в третьей главе, и адаптивная спираль начинает действовать.

Кроме того, человек может идентифицироваться в определенных аспектах с двумя или более индивидами, в результате чего образуется некое слияние. При этом имитация определенных сторон поведения других в результате слияния может создать совершенно новый паттерн поведения.

А терапия наблюдением? Возможно ли, чтобы пациенты могли почерпнуть для себя нечто, наблюдая за решениями и достижениями других индивидов, имеющих схожие проблемы? У меня нет сомнений, что этот процесс имеет место в терапевтических группах. Это представляется даже более важным в краткосрочных группах встреч. В исследовании Либермана, Ялома, Майлза данные, касающиеся «значимых эпизодов» показали, что участники, достигшие, наибольших изменений, извлекли пользу из подобных эпизодов, в которых они были совершенно пассивными наблюдателями, но тем не менее, овладели определенного типа когнитивными сведениями (самопонимание, знание о законах человеческого взаимодействия и т. д.).

Пациенты обучаются не только, наблюдая за самостоятельной работой других, им подобных, они научаются также, наблюдая за процессом работы других. В этом смысле имитационное поведение представляет собой переходный лечебный фактор, который позволяет пациентам последовательно вовлекать более полно в другие аспекты терапии. Например, один из пяти пунктов имитационного поведения был расценен пациентами как восьмой (из шестидесяти) по важности лечебный фактор: «Наблюдение того, как другие смогли раскрыть компрометирующие их факты, и пошли на риск, помогло мне сделать то же самое».

Воспроизведение семьи

Воспроизведение семьи, или корректирующий анализ опыта родительской семьи, лечебный фактор, высоко оцененный многими терапевтами, не был признан полезным пациентами групповой терапии (см. Таблицу 1). Члены групп встреч также не удостоили этот фактор высокой оценки. (Интересно заметить, что только успешные члены групп встреч считают этот фактор важным.