– Я не хотела сделать тебе больно, Мышка. Это была ошибка. Ты тоже ошибалась! Разве мы не можем простить друг друга? Это очень в нашем духе, разве нет?

Лицо Лизы исказила агония. Подруга снова закрыла голову руками и начала качаться из стороны в сторону. Наблюдая за Лизой, Сэм чувствовала, как что-то сдвинулось внутри нее самой, постепенно затвердевая. Лиза рыдала так сильно, что, казалось, в любой миг плач разломит ее ребра. Но, если уж откровенно, что ей было оплакивать? У нее был красивый дом. Две дочурки, которые обожали ее. Джош. Это Сэм все кинули. Ее жизнь они поставили на грань краха своими выдумками. Жертвой здесь была Сэм, но, в отличие от Лизы, она бы никогда не стала заявлять об этом всему миру. Она была слишком сильной для этого. Габриэль как-то сравнил ее с тараканом, заявляя, что она сможет пережить все что угодно. – Сэмми, это комплимент, – поспешил добавить он, когда она возмутилась. Но, как он заметил, она в самом деле все переживет. В том числе и эту ситуацию. Она точно знала, что ей нужно сделать.

– Хорошо, – отчеканила Сэм. – Я уеду. Но прежде ты должна кое-что сделать для меня. Доставай мобильник. Мне нужно, чтобы ты написала письмо моему менеджеру. – Она подождала, пока Лиза доставала айфон из кармана. Подруга еле удерживала телефон дрожащими руками. – Добрый день, Джейн, – начала надиктовывать Сэм, жестом предлагая Лизе писать то, что она говорит. – Пишу вам по поводу ложного обвинения, с которым я выступила в адрес Саманты Миллер.

Лиза ничего не могла поделать с собой. Все ее тело сотрясали конвульсии. Зубы стучали. Со вздохом Сэм взяла телефон у подруги и начала стучать по экрану.

– Все началось с того, что я ощутила приступ зависти из-за головокружительных успехов, которых добилась моя старая подруга. – Сэм печатала и, бросая взгляды на Лизу в ожидании ее реакции, сразу зачитывала письмо вслух. – Я давно завидовала Саманте, но теперь я понимаю, как несправедливо уничтожать ее жизнь и ее замечательную карьеру из-за моих собственных проблем. Ее работа слишком важна, чтобы я нанесла по ней такой сокрушительный удар. Сэм и я смогли воссоединиться за прошедшие недели, и теперь я понимаю, насколько для меня важна наша дружба. – Лиза зарыдала еще сильнее, но Сэм уже не обращала на нее внимания. – Саманта абсолютно невиновна в том, в чем я ее обвинила, – продолжила она. – Я приношу извинения за принесенные страдания не только ей, но и всем жертвам насилия, которым теперь, возможно, будет сложнее признаться в своих мучениях. С уважением, Лиза Тейлор, урожденная Джонсон. Вот и все. – И Сэм, сделав размашистый жест, отправила письмо Джейн, поставив в копию журналистку из «Нью-Йорк пост», после чего вернула телефон Лизе. Лиза сползла на пол и, прислонившись к дверной раме, скрыла лицо в ладонях. Она все еще плакала.

– Хватит реветь, – сказала Сэм. – Обещаю, это письмо исправит все. Я же говорила, что ты можешь довериться мне, разве нет?

Замерцал телефон Сэм. На экране высветилось имя Джейн.

– Мать твою! – В чересчур громком и приподнятом голосе менеджера слышалось крайнее возбуждение. – Это не розыгрыш?

– По идее, мы слишком долго работаем вместе, чтобы ты сомневалась во мне. Я сказала, что получу заявление, и вуаля. – Сэм зажала телефон между ухом и плечом, чтобы затянуть пояс на тренче. – Свяжись с дамой из «Пост» и убедись, что эта история никогда не увидит свет. Ладно? И позвони еще Дарси. Попроси ее подготовить для меня квартиру. Я уже в пути домой.

Сэм повесила трубку. Им с Джейн еще предстоял долгий разговор по возвращении в город. Пришло время расставить приоритеты. На первом месте у Джейн всегда должна была быть Сэм. Сэм важно было чувствовать, что ее ценят. Это не бог весть какой запрос. Прошерстив приложения, Сэм вызвала себе «Убер».