– Несколько дней вдали от твоей работы, – тихо проговорил Мартин, – вот все, что я тебе предлагаю. Это – и платье, которое сделает твои глаза похожими на море в тропиках.

Энн вытерла щеки тыльной стороной ладони.

– Пойду соберусь, – пробормотала она. – Я быстро.

Мартин смотрел ей вслед. Он сказал, что не прикоснется к ней. Интересно, как он собирается выполнять обещание? Но он должен сдержать клятву, чего бы это ему ни стоило. Нагнувшись, Мартин с крайней осторожностью сложил платье, благодаря которому Энн капитулировала.

Ему случалось в своей жизни преодолевать трудности. Но у Мартина было такое чувство, что предстоящие несколько дней по трудности не сравнятся ни с чем.

Глава 5

Был вечер. Мартин в доме укладывал Тори. Энн сидела одна на патио, обращенном к океану. Только что в варварском великолепии за горизонтом скрылось солнце. На темнеющем бархате неба блеснули первые звезды. Тройка голубей бесшумно спланировала на решетку, увитую бугенвиллеями, яркие цветы которой уже поглотила темнота. Когда еще она с такой полнотой отдавалась безделью? И в таком удивительном месте? Никогда. Выйдя из своей квартиры и сев в лимузин Мартина, Энн оказалась в совершенно иной жизни. Шофер в униформе. Сверкающий личный самолет. А затем, через несколько часов, прибытие на эту виллу на восточном побережье Эльютеры. Искусно вписанное в ландшафт бунгало, построенное из камня и дерева. Интерьеры в успокаивающих пастельных тонах. Цветы везде – гибискусы, орхидеи, антуриумы. Восхитительная еда, которую не надо готовить. Энн казалось, что она видит прекрасный сон, что все это ненастоящее. Мартин, неукоснительно выполняя обещание, даже пальцем не прикасался к ней и ненавязчиво заботился о том, чтобы у нее было все необходимое.

Легкий ветерок пошевеливал пальмовые листья. Энн устроилась поудобнее в тиковом шезлонге, чувствуя, как приятно скользит по ногам легкий шелк брюк. Блузка тоже была шелковой, лимонно-желтого оттенка. Одежда, которую купил и оплатил Мартин.

Следовало бы лечь спать, пока он не вернулся. Просто на случай, если он забудет об обещании и попытается соблазнить ее в этой райской обстановке. Энн опустила ресницы. Нет, она может доверять ему. Недорого стоила бы его благодарность, если бы он занялся с ней любовью против ее воли.

Слишком сонная, чтобы оставаться настороже, слишком усталая, чтобы помнить о том, как сама, упала в его объятия, словно спелый плод манго, Энн закрыла глаза. Легкий шелест волн усыплял все страхи. Ее дыхание стало мерным и глубоким… Десять минут спустя на выложенной плоскими камнями дорожке появился Мартин. Внезапно он резко остановился.

В шезлонге спала Энн. Золотистый свет, падающий из открытой столовой, освещал часть лица. В волосах словно посверкивал затаившийся огонь, грудь вздымалась и опускалась в такт дыханию. Длинные ресницы бросили тени на скулы. Его сердце сжалось. Или он только полагает, что это сердце? Как знать?

Сегодня он получил желаемое: Энн здесь, в его любимом убежище. На четыре ночи. Однако, уговаривая Энн, он пообещал, что не станет пытаться соблазнить ее. Полный дурак! Зачем же еще он пригласил ее сюда?.. А действительно, зачем? Из благодарности, конечно. Но даже благодарность, довольно глубокая и непреходящая, не могла сравниться по силе с нестерпимой жаждой обладать Энн. Сделать ее своей – в самом примитивном смысле этого слова.

Вожделение – вот что это такое. Он уже очень давно не был с женщиной, и он, разумеется, не влюблен в Энн.

Однажды, в двадцать три года, он полюбил Келли. Мартин помнил первую встречу с ней так, словно это случилось вчера. Он выходил из высотного здания бизнес-центра, где вел переговоры о покупке первого завода – переговоры, которые заложили основу его благополучия. В результате чего уровень адреналина в крови был небывало высок.