|
Но иногда вдруг пропирало, будто вдруг чувствовал себя лохматым студентом из «Народной воли»: хотелось сделать бомбу и бросить её в окно чиновничьего кабинета. Пожалуй, если б в его жизни не было компьютера, он стал бы не учёным-физиком, а бунтарём: ходил на демонстрации, митинги, брызгая слюной, выкрикивал пламенные речи на площадях в микрофон…
Денег в карманах не оказалось. Лобстер на мгновение задумался — неужели кончились? Потом вспомнил — вчера Никотиныч разменял стодолларовую купюру, чтобы купить продуктов, сдачу куда-то положил, но только Лобстер не помнил куда.
Он стал рыскать по комнате в поисках денег: пошарил на полках в шкафу, заглянул за шторы, даже приподнял мониторы, надеясь, что деньги под ними.
— Сейчас-сейчас, дядя Паша, ты посиди пока!
Сосед терпеливо ждал, поглядывая на Лобстера, крутил в руках коробки с компакт-дисками.
Лобстер обыскал всю комнату, переместился на кухню. Дядя Паша последовал за ним.
Котёнок Триллер сидел на подоконнике и сыто жмурился. На полу валялась недоеденная рыбья голова.
— Я тебя когда-нибудь убью, скотина! — пригрозил Лобстер. Он отправился в ванную за тряпкой.
— Смотри, прижился он у вас, — заметил дядя Паша. — А у меня носился каждую ночь, как недорезанный, спать не давал.
— Прижился! — недовольно проворчал Лобстер. Он подцепил рыбью голову на совок, выбросил в мусорное ведро, стал затирать тряпкой пол. — Кусается, царапается, орёт, по шторам скачет, одну уже порвал. У меня вон все ноги в царапинах, раздеться стыдно. С ним меня Марина Леонидовна точно выкинет!
— Не выкинет, не ссы, поговорю я с ней! — кивнул головой дядя Паша. — Так вот ж они, деньги! — он кивнул на холодильник. Действительно, на крышке холодильника лежали доллары — пятьдесят и двадцатка. Лобстер протянул дяде Паше двадцатидолларовую купюру.
— С пенсии вернёшь.
— Не, Олег, я таких бабок взять не могу! — помотал головой дядя Паша.
— Почему? — удивился Лобстер.
— Не догоняешь, что ли? На пивко я у тебя всего три десятки возьму и отдам потом легко, а если двадцать «зелёных» — это ж без малого шестьсот! Думаешь, я двумя бутылками успокоюсь, если у меня в кармане бабок полно? Русской натуры не знаешь? Мне ещё захочется. Пока всё до последнего фантика не спущу, не уймусь. Поэтому ты мне лучше рублей поищи.
— Ну, нету у меня рублей — кончились! — похлопал себя по карманам Лобстер, его начинала раздражать назойливость дяди Паши.
— Хорошо, пойдём — разменяешь и дашь мне на пивко, — невозмутимо сказал сосед.
Лобстер заглянул в холодильник, взял пакет с ананасовым соком, потряс в руке. Сока было на донышке. Кроме сока надо ещё сладенького купить, чтобы мозги лучше соображали: халвы, шоколада, конфет.
— Ладно, пойдём, — со вздохом согласился Лобстер.
Он зашёл в обменный пункт, сунул в металлический лоток двадцать долларов. Дядя Паша нетерпеливо мялся на улице за дверью. Лобстер за ним наблюдал.
Глядите-ка, в последнее время он стал прислушиваться к мнению других, поступать согласно их воле! Лаборантка, сосед. Скажи ему ещё полгода назад, что он по прихоти какого-то пьяницы пойдёт менять доллары, чтобы одолжить ему тридцать рублей, он бы рассмеялся и покрутил пальцем у виска — никогда! А теперь вот… Лобстер пересчитал деньги и вышел на улицу.
— Держи! — сунул дяде Паше в руку пятьдесят рублей.
— Спасибо, Олежек! — Сосед посмотрел на него подобострастно. — Что бы я без тебя делал?
— Кого-нибудь другого затопил, — пошутил Лобстер. |