Удобно устроившись за столиком с чашками дымящегося ароматного напитка, Бриа предусмотрительно нажала кнопку на своем золотом браслете, нацелила осыпавшие его камни в комнату, затем повернула запястье к себе. Когда камни перестали мигать, она расслабилась. Следящих устройств нет. Не то, чтобы я их ожидала, но лучше удостовериться, чем сожалеть потом.

— Итак, Зима, расскажите мне о себе, — сказала Бриа. — Как вы оказались в этой миссии?

— Вице-король для меня как отец, — тихо заговорила девушка. — Он вырастил меня со своей собственной дочерью, Леей. Мы с принцессой были вместе с раннего детства, — она едва заметно улыбнулась, и Брию снова поразило, какой уравновешенной и зрелой она была для своего возраста. — Были случаи, когда меня принимали за нее. Но я рада, что во мне нет королевской крови. Тяжело все время быть на виду у публики, как вице-король и Лея. Постоянное давление, окружение прессы… ваша жизнь не принадлежит вам.

Бриа кивнула.

— Я подозреваю, что принадлежать к королевской крови еще хуже, чем быть звездой экрана.

Она сделала глоток кафа.

— Итак, Бэйл Органа воспитал тебя… но при этом позволил отправиться в эту миссию, зная, насколько это может быть опасно, если нас обнаружат? — Бриа вскинула брови. — Я удивлена. Вам не так много лет, чтобы подвергаться такому риску.

Зима улыбнулась.

— Я на год и несколько месяцев старше принцессы. Мне недавно исполнилось семнадцать. Это совершеннолетие на Алдераане.

— Так же как и на Кореллии, — сказала Бриа. — Слишком мало. Когда мне было семнадцать, во мне не было ни капли здравого смысла, — она с сожалением улыбнулась. — Так давно… словно миллион лет назад, а не девять.

— Вы кажетесь старше, чем есть, — заметила Зима, — хотя и не выглядите на столько. В двадцать шесть лет — командир? Вы, должно быть, рано начали.

Она подмешала траладонского молока в свой каф.

— Это так. И если я кажусь старше своего возраста, то… год рабства на Илезии способен сделать это с человеком. Эти фабрики спайса много забирают от тебя.

— Вы были в рабстве? — Зима казалась удивленной.

— Да. Меня спас с Илезии мой… друг. Но физически улететь с планеты было несложно, — призналась Бриа. — Долгое время после того, как мое тело было свободно, мой дух и разум оставались в плену. Мне пришлось учиться освобождать себя, и это было самое сложное в моей жизни.

Зима кивнула с сочувственным взглядом. Бриа немного удивлялась самой себе, что так открылась перед этой девочкой, но с юной алдераанкой было удивительно легко говорить. Было видно, что она не просто поддерживает беседу, а ей действительно важно то, что говорит Бриа. Командир слегка пожала плечами:

— Это стоило мне всего, что было важным для меня. Любовь, семья… безопасность. Но это стоило того, чтобы быть собой. И это принесло новую цель в мою жизнь.

— Борьба с Империей.

Женщина кивнула.

— Борьба с Империей, которая поддерживает и поощряет рабство. Самое грязное и отвратительное явление, которое могли создать якобы цивилизованные существа.

— Я слышала об Илезии, — сказала беловолосая алдераанка. — Вице-король приказал провести расследование этого места несколько лет назад, когда появилось несколько неприятных слухов. С тех пор он поддерживал публичную кампанию, чтобы алдераанцы знали правду о том месте — о фабриках спайса, о принудительном труде.

— Это самое худшее, — горько сказала Бриа.