Бриа встала и обратилась к капитану своего корабля:

— Тедрис, вы командуете эскадрильей до моего возвращения со второй волной. Будьте готовы выслать подкрепление, но только если я свяжусь с вами, не ранее. Y-винги достигли их патрульных станций?

— Да, коммандер. У нас будет в запасе по меньшей мере пятнадцать минут, если кто-то решит присоединиться к этой вечеринке… Если, конечно, работорговцам удалось послать сигнал тревоги до того, как мы заглушили их передачу.

— Отличная работа, капитан.

Биалин кивнул, но отдавать честь не стал. Дисциплина в войсках повстанцев была гораздо более вольной, чем в имперском флоте. Брии потребовалось две недели, чтобы отучить его от привычки салютовать при каждом слове «Сэр!»

— Удачи, коммандер, — сказал он.

— Спасибо. Она мне может пригодиться. Мои люди вытеснили их из носового сектора, но у них было много времени, чтобы установить сильную оборону. Могу поклясться, они собрались на мостике и близлежащих коридорах и работают над электроникой. Думаю, мне придется проявить… изобретательность.

Биалин улыбнулся.

— У вас это хорошо получается, коммандер.

Десять минут спустя абордажный челнок Брии приземлился в портативном шлюзе и ее солдаты направились следом за ней по коридору третьей палубы с бластерными винтовками наготове.

В бледном и тусклом свете аварийных батарей потрепанные боем «Оковы» казались безжизненными, но Бриа знала, что это было иллюзией. До нее доносились приглушенные стоны рабов. Возможно, их согнали в защитный отсек на палубе четыре и заперли там. Командир отчаянно надеялась, что никому из работорговцев не придет в голову гениальная идея подставить рабов под огонь повстанцев, чтобы задержать вторгшихся солдат, пока сами они будут сбегать. Так было однажды, и Брию до сих пор мучили об этом кошмары… бледные испуганные лица безоружных рабов, визг бластерных выстрелов, крики, падающие тела, месиво обожженной плоти…

Бриа вела свой отряд вперед, к кабине хозяина на носу корабля. Она располагалась прямо под мостиком, и это был ключевой пункт ее плана.

Она включила комлинк.

— Техническая команда… как идут дела?

— Коммандер, повреждения корпуса оказались минимальны. Игреки хорошо целились. Наши люди работают над ремонтом.

— Что насчет электронных систем и компьютеров?

— С этим посложнее. Мы не можем запустить системы, пока вы не захватите мостик. Мы не хотим, чтобы они получили какой-либо контроль над кораблем.

— Они, возможно, пытаются запустить их сами. Вы можете блокировать их действия?

— Думаю, да, коммандер.

— Хорошо. Тогда сосредоточьтесь на проверке систем и двигателей. Ждите моего сигнала для перезапуска.

— Вас поняли, коммандер.

На пути к каюте капитана Бриа и ее отряд встретили лишь один очаг сопротивления. Около десяти работорговцев и один несчастный раб, которого они вооружили и вынудили отбиваться, скрывались за наспех сооруженной баррикадой на лестнице между палубами.

Бриа сделала солдатам знак отступить за угол и шепотом заговорила:

— Итак, бойцы. Мы откроем подавляющий огонь, пока Ларенс… — она кивнула на низкорослого, худощавого и очень подвижного солдата, — проползет под нашими очередями и закинет парализующую гранату прямо в середину их гнезда. Ясно?

— Есть, коммандер, — Ларенс упал на землю, приготовившись ползти вперед и зажав парализующую гранату в зубах.