— Кровью! — ответил я.

Северянин рассмеялся и махнул рукой, мол, проходите.

— Это ж надо, кто-то на этом болоте всё-таки живёт, — удивился Вестгейр.

— Лунденвик тоже на болоте, — сказал Асмунд.

— Ну так то Лунденвик, — фыркнул Вестгейр.

— Тут город будет не хуже вашего Лунденвика, — сказал я. — А то и лучше.

— Да ну, скажешь тоже… — хмыкнул Торбьерн. — Глухомань глухоманью.

А вот дальше для меня начались места незнакомые. Нет, по сути, сейчас все эти места были мне незнакомы, в этой эпохе я видел их впервые, как и многие из команды, не зная, чего ожидать за новым поворотом русла. А в том плане, что выше по Неве я не поднимался и в своём родном времени.

— Надо бы на ночёвку вставать, — сказал Хромунд. — Дело к вечеру уже.

— Здесь ночами светло, — сказал я.

По крайней мере, в это время года.

— Дома тоже солнце летом почти не заходит. И что нам, теперь вовсе не спать? — проворчал Даг.

Замечание, конечно, резонное. И хотя я планировал за сегодня выйти на просторы Ладожского озера, придётся, видимо, ночевать где-то здесь. Надо только найти бережок повыше.

Встали, по всей видимости, где-то в районе будущего КАДа, точнее я сказать не мог. Тут почти везде пейзаж оставался плюс-минус одинаковым. Кусты, камыши, чахлые деревца. Не самый жизнерадостный пейзаж, если уж так посмотреть. Ещё и как назло, с залива подул холодный ветер, принося за собой сырость и слякоть, за ним спустился мерзкий маленький дождик, обволакивающий всё вокруг и высасывающий из тела драгоценное тепло. Узнаю любимый Питер.

Костёр удалось развести кое-как, с великим трудом, но от него разожгли ещё несколько, и северяне сгрудились вокруг этих костров, чтобы просушить одежду.

— Великий город здесь будет, говоришь, — хмыкнул Вестгейр.

— Да, — сказал я. — Место подходящее.

— Пока тут только комары хозяйничают, — буркнул Торир.

Гнуса и впрямь оказалось удивительно много, так что весь вечер то и дело звучали аплодисменты. Сегодняшняя ночь, судя по всему, выдалась белой, но тучи, затянувшие небо, всё равно погрузили всё в сумерки.

— А выше по течению там что? — спросил Сверри.

— Альдейгья, — мрачно произнёс Горм Кусака.

— Это что? — спросил Сверри.

— Озеро. Почти как море. Город на озере, — ответил Горм.

— Бывал там? — спросил я.

Горм кивнул.

— И кто в ней сейчас правит? — спросил я.

— Свеи, — сказал Горм. — Те же, что и в той крепостице ниже.

— Понятно, что не франки и не римляне, — сказал я. — Кто у них вождь?

— В Альдейгье? Хререк там вождь, — ответил Горм, а у меня почему-то холодок вдруг пробежал по телу.

Стало быть, завтра мы будем в Альдейгье. Или в Ладоге, если по-нашему.

Глава 4

Ладога. Величественная и прекрасная, просторная и непокорная. Мы поднялись вверх по Неве до небольшого островка, где в будущем, уже не столь отдалённом, будет стоять крепость Орешек, обогнули его и очутились на просторе великого озера.

— Это что, ещё одно море? — хмыкнул Токи.

— Почти, — сказал я.

Да уж, это вам не английские болотца. Это Русь.

Дальше пошли под парусом. Навстречу иногда проходили гружёные ладьи и кнорры, но я строго-настрого запретил их трогать, хотя многие предлагали взять кого-нибудь на абордаж. Сначала я хотел пообщаться с местными купцами, а начинать знакомство с кровопролития и грабежа — не лучшая идея.

Местный торговый путь казался оживлённым трактом, мы регулярно встречали корабли, которые словно упрашивали нас пошарить по трюмам.