«Ну да, конечно, — мысленно хмыкнул я, — провожая взглядом потянувшийся с площади народ. — После того, что Нори наговорил Императору, Хояси должны выдать ему какую-нибудь медаль. Ну или сестру замуж, если она у них есть, и если принцесса откажет …»

— Да, конечно, господин князь, — Шиджеру посмотрел в сторону дворца и с сомнением покачал головой. — Я отправлю посыльного, но боюсь, что раньше завтрашнего дня эту встречу организовать не получится.

— Ну а раньше и не нужно, — успокоил старика князь. — Сейчас мы пойдем в храм, и ты нам там все покажешь и расскажешь.

— Да, господин князь, — Шиджеру кивнул и, встретившись взглядами с командиром эскорта, указал рукой в сторону храма. — Пойдемте! Вам действительно стоит это увидеть.

Собственно Буши но Шидо был таким, как я и предполагал. Стадион тысяч на двадцать человек без мест для сидения. Арена имела прямоугольную форму, была размером с половину футбольного стадиона и вместе с трибунами занимала примерно две трети площади сооружения. Остальное пространство было отведено под храм, и туда в этот день никого не пускали. В правой части арены, около входа во внутренние помещения, высилась семиметровая статуя Воина, при взгляде на которую я каждый раз испытывал странное чувство.

Внешне Такэми чем-то напоминал Императора, но я не девочка и мне положить с прицепом на его облик. Священного трепета тоже не ощущал, но было в этой статуе что-то такое, отчего при взгляде на нее у меня по спине постоянно пробегал холодок. Что-то далекое, знакомое и… теплое… Не знаю… Это не моя память, а того парня, кем я был четыре тысячи лет назад. Однако, как бы то ни было, эту статую нужно осмотреть вблизи. В какую-нибудь из ночей, как только закончим здесь все дела.

Как выяснилось, у каждой правящей семьи есть собственная vip-ложа, и мы сразу же отправились туда.

Само представление длилось около двух часов. Первым делом на арену вышло под две сотни мужиков в разноцветных кимоно. Они выстроились полукругом в три ряда напротив статуи и минут пять славили божество громкими отрывистыми криками. Слышимость была потрясающей. Произнесенные на арене слова слышал весь стадион, а уж крики-то и подавно.

Закончив с молитвами, ну или как еще можно такое назвать, часть мужиков вооружилась деревянным оружием и начался форменный Шаолинь.

Что-то похожее я видел в китайских фильмах девяностых годов. Бойцы дрались деревянным оружием и голыми руками, скакали друг через друга. Потом, экипировавшись в простенькие доспехи и шлемы, разбились на четыре команды по цвету этих самых доспехов, и началась свалка.

Со стороны это выглядело очень красиво, и понятно, почему на стадион приходит такая толпа народа. Выступающие дрались без дураков, нанося удары в полную силу и человек тридцать по итогу осталось лежать на песке. Впрочем, никого не убили. Ведь пробить боккэном металлический шлем достаточно проблематично. Всех потерявших сознание оперативно унесли внутрь храма и, уверен, что с ними полный порядок. Думаю, там есть какая-нибудь своя кошка, которая мгновенно поднимает всех на ноги.

Нэко, да… Девочка, как я понял, постоянно спит, но, если позвать — сразу же просыпается. Впрочем, звал я ее только один раз: узнать как дела. А так — пусть себе спит… Ей же сны какие-то снятся. Может быть, чего-нибудь вспомнит?

После массовой драки на арену вышли восемь самураев, вооруженные настоящим оружием, и цирк продолжился. Поначалу каждый изобразил сложное ката, а затем они принялись кидаться друг в друга заклинаниями и разрубать их своими мечами.

Выглядело это эффектно. Все заклинания были белого цвета, а по форме — только диски, шары и серпы, как из моего Сыёку. Копьями они друг друга не атаковали, но оно и понятно.