— Мы пришли за дохлой химерой, мы забрали дохлую химеру.

— А мне здесь нравится, давай погуляем? Может кое-кто еще напорется брюхом на арматуру. Может даже не совсем случайно.

— И да, заткнись, — проворчал я.

Копы не пытались меня остановить. Стоило мне выйти за ограждения, как все ринулись упаковывать трупы восьмерок. Лишь бы побыстрее свалить из этого места. Я их не виню в этом желании.

С другой стороны, это ведь мусорщики. Завалили бы тела какими-нибудь отходами и все дела. Свалка от такого никак не изменится. Просто в одном месте будет вонять чуть сильнее. Да и мусорщики народ не брезгливый, им ведь тоже надо что-то жрать.

— Сол, — окликнул я инквизитора, проходя мимо.

— Что, уже уходишь? Быстро ты, я только задремать успел.

— Отправишь мне потом отчет копов по трупам.

— Без проблем. В особняк Неоякудза, как обычно?

— Да, они передадут. И еще кое-что. Слышал про новый наркотик? Розовый порошок.

— Слышал, — кивнул тот, не снимая шляпы. — Вся свалка им уже обдолбалась.

— Знаешь подробности?

— Очередная кустарная дрянь. Скорей всего гонят из нестабильного эфира. Мне насрать, восьмерка.

— Так я и думал. А про черный ящик что-нибудь слышал?

— Неа. Там что-то ценное?

— Не сдохни, Сол.

— И тебе не хромать, Восьмой, — попрощался он, надвигая шляпу поглубже на лицо.

Выйдя за ворота, направился прямиком в сторону башни. Дойдем ближе к центру, там свернем к себе.

— Как тебе такой пример для подражания? — спросил я, имея ввиду нашего ковбоя.

— Выглядит циничным и безответственным разгильдяем. Еще хуже тебя, — пробурчала Элис.

— Это точно, — кивнул я. — Паршивей инквизитора еще поискать надо. Даже шестерка хоть что-то делает.

— Кстати, что значит работать вспышкой?

— Маяк, — ответил я. — Инсигнии в наших руках. Инквизиторов в восьмом секторе набирают в основном из числа местных. Чаще всего охотников на Ночных или других лояльных восьмерок. Или тех, на кого есть чем давить. Но мы не супер солдаты. Просто борзые восьмерки, умеющие постоять за себя. Даже Сол может в одиночку перестрелять пяток отморозков. Но если инквизитор сдох, то значит случилось что-то серьезное. Потому что маячок в его руке вспыхивает и угасает.

— И центр направляет группу зачистки?

— Сначала пятый докладывает. А потом да, высылает зачистку. Даже если ничего такого не случилось, головы все равно полетят. Перебьют пару десяток восьмерок, проверят, что ничего серьезного. И свалят восвояси. Восьмерки должны бояться не инквизитора, а того, кто за ним стоит. Тогда это будет работать.

— Теперь кажется понимаю. Поэтому Неоякудза с тобой не ссорятся.

— И да, и нет. Долгая история. Захоти они убрать меня, возможностей у них предостаточно. И даже смогут сделать это так, чтобы на них никто не подумал. Но вместо меня пришлют нового Восьмого. И с ним придется договариваться заново. И не факт, что удастся. Короче говоря, пока я доставляю им неудобств меньше, чем может доставить вспышка, они меня терпят.

— А куда мы идем? Разве ты не должен отнести тело химеры в стену?

— Она слишком много звенит. Плохая восьмерка, плохая. — прорычал Черный. — Давай поищем где она выключается? Я уверен, тумблер где-то под ребрами. Может ты поищешь там?

— Должен, — проигнорировал я тварь. — Но я сам хочу все осмотреть.