– А он, конвоир этот, один придет?

– Нет, взводом притопают! Кого им опасаться, тебя, что ли? Или меня, одноногого? Не смеши мою печень.

Ну, положим, веселить я его не собирался. Кое-какие соображения появились еще в процессе разговора. Тем более что я был уверен в том, что легко найду обратную дорогу наверх. Впрочем, сообщать об этом моему случайному сокамернику я пока не спешил. Мало ли.

Стараясь не шуметь, расстегиваю ремень и осторожно отклеиваю пластырь на ноге. Теперь у меня в руках относительно малошумное оружие с полным магазином. В стоящего в дверях я точно попаду. Тут промахнуться тяжело. Нет, я видел в фильмах моменты, когда какой-нибудь рэпер выпаливал в оппонента целый магазин с двухметрового расстояния и при этом безбожно мазал. Ну, во-первых, я не рэпер, и их странная привычка тыкать в сторону своего противника повернутым набок пистолетом всегда вызывала у меня недоумение. Мы подобных фокусов устраивать не станем, будем стрелять так, как положено. Так что шансы хотя бы одной пулей попасть в противника достаточно велики. Оттягиваю затвор и пальцем проверяю наличие патрона в патроннике. Он на месте, никуда не делся. Так что к выстрелу оружие готово.

Не знаю, понял ли смысл моей возни сосед, но никаких возражений с его стороны не последовало. Он только немного повозился в своем углу, должно быть, устраиваясь поудобнее. Чем-то он там поскрипывал. Зубами, что ли?

И снова ждем. Похоже, это уже входит у меня в привычку. Прошел час. Ну, или около того. Ввиду отсутствия часов конкретнее сказать не могу.

Но вот где-то на границе восприятия я услышал шаркающие шаги. Кто-то шел по коридору. Не знаю, есть ли здесь еще какие-то помещения, кроме нашего, но мне очень хотелось бы верить в то, что оно тут единственное. Так оно было или нет, но идущий остановился около нашей двери и лязгнул засовом.

– Подъем! Новичок – на выход!

Мне в лицо бьет луч фонаря. Он кажется ослепительно ярким, и я невольно заслоняю глаза растопыренной ладонью левой руки. Конвоир хмыкает и на секунду переводит луч осветительного прибора на моего соседа. А тот, худощавый, обросший черной бородой мужчина, уже приподнялся на ногах, опираясь рукой о стену.

– А ты сиди, рановато еще, твоя прогулка только на вечер запланирована!

Воспользовавшись тем, что конвоир отвел фонарь в сторону, я выдергиваю из-за спины пистолет. Двумя руками хватаю за рукоятку и навожу оружие на противника. Его силуэт сейчас неплохо виден. Помимо того, что из коридора падает тусклый свет, так еще и отраженный от стены луч фонаря подсвечивает обитателя подземелья. Пистолет снова немелодично крякает, лязгает затвором, и за моей спиной со звоном отлетает от стены выброшенная гильза.

– Эк… – хрипит конвоир.

Он сгибается, ухватившись за живот. И я снова нажимаю на спуск. На этот раз он уже ничего не говорит, а кулем сваливается на пол. Подскакиваю к нему и поднимаю с земли фонарь. В его луче виден худощавый мужчина в каком-то темном одеянии. Из-под лежащего человека высовывается приклад. Судя по его форме, это точно не охотничье ружье.

– Вы со мной пойдете или как? – поворачиваюсь я к соседу.

И в луче фонаря вижу, как из его руки падает на пол кусок кирпича. Так вот чем он там поскрипывал – выламывал из стенки кирпич поувесистее. Упорный дядя, уважаю!

– Нет, бля, здесь останусь, второго пришествия ожидать, – хмыкает бывший полицейский.

– Тогда возьмите у него оружие, а то из меня тот еще стрелок.

Он наклоняется и вытаскивает из-под охранника автомат.