Наконец Пень решил, что пора снова принимать лежачее положение. Он опять натянул на голову противную мокрую маску, взял лежавшую рядом винтовку и улегся лицом к окну.

 Включив лазерный прицел, Пень припал к нему уставшим от напряжения глазом. Смертоносное отверстие в стволе «ремингтона» было направлено точно на входные двери ночного клуба «Манхэттен». А из-за ближайшего поворота уже прорвался свет фар подъезжавшего к зданию клуба белого «линкольна». Это был лимузин одного из богатейших людей города на Неве, решившего устроить праздник по случаю рождения у него второго сына, одного из будущих наследников создаваемой Гаврюковым могущественной мафиозной империи. Вслед за припарковавшимся «линкольном» к ступенькам крыльца с периодичностью в три – пять минут стали подъезжать все новые и новые сверкающие иномарки.

 Главный рэкетирский авторитет Питера также не спеша катил на черном «мерсе» по Каменноостровскому проспекту в сопровождении красного джипа «ниссан-патрол» в сторону ночного клуба. Янис Калбергс по кличке Бизон ехал на банкет к Николаю Гаврюкову в сопровождении красавицы Жанны – фотомодели, еще недавно покорившей своим роскошным телом всю Италию, – и двух человек охраны, один из которых до недавнего времени работал на могущественную государственную организацию, аббревиатуру которой многие советские граждане вообще боялись вслух произносить, и имел звание майора. Теперь бывший чекист командовал небольшой, но оснащенной по последнему слову техники армией, в чьи обязанности помимо всего прочего входила и охрана драгоценной фигуры одного из главных питерских «быков». Сегодняшняя поездка на банкет не предвещала никаких эксцессов, и экс-чекист Владимир Николаевич Слепчук спокойно потягивал «кока-колу», сидя на заднем сиденье джипа и наблюдая за вспыхивавшими впереди тормозными огнями хозяйского «мерседеса». За рулем «ниссана» сидел второй телохранитель, бывший старшина-десантник Тимур. Он тоже постоянно смотрел на «мерседес» и тихо бурчал себе под нос какую-то мелодию из репертуара группы «Браво».

 – Ты не слышал новость? – вдруг спросил у Тимура отставной майор, подаваясь вперед и бросая на переднее сиденье пустую банку из-под «колы». – Насчет встречи хозяина и спеца?

 Из всех приближенных к Бизону громил Владимир Николаевич доверял только одному человеку – Тимуру. В отличие от прочих мордоворотов, чье трудное детство прошло в грязных дворах-колодцах и состояло, как правило, из питья бормотухи, курения «травы», возни со шлюшками в подвалах и со штангой в спортивном зале, Тимур напоминал бывшему майору КГБ его самого в молодости – твердого, уверенного, честолюбивого и принципиального. Такому можно доверить свою жизнь без страха, что тебя заложат из-за какой-нибудь сиюминутной выгоды. Тимур был правой рукой Владимира Николаевича, и бывший чекист мог вести с ним самые сокровенные разговоры.

 – Какую новость? – Тимур посмотрел в зеркало заднего вида и встретился глазами с шефом. – Нет, не слышал. Что-то серьезное?

 – Думаю, да, – кивнул майор и нахмурился. – Ты же знаешь, как я привык работать и какую должность занимал. В общем, ради безопасности самого же хозяина я подсадил в его машину и мобильный телефон, и подслушивающие «жучки».

 – И что? – Тимур заметно оживился, заерзав на кожаном сиденье. – Проблемы?

 – Даже не знаю, – покачал головой Владимир Николаевич. – Ты в курсе, кто взорвал Пегаса на Лисьем Носе? На яхте…

 – Поговаривают, будто это дело рук Ворона. Того самого…

 – Вот именно! – перебил начальник охраны, щелкая пальцами.