И теперь, после шестичасового утомительного пути, киллер и его компаньоны приближались к месту, где Аль Фулани и его люди, по всей вероятности, провели прошлую ночь. Был ли марокканец еще здесь? Вряд ли, но 47ой хотел убедиться, что он следует верным путем. К тому же шпион Агентства потерял из виду Аль Фулани во время бури, и с каждой секундой шансы найти его медленно таяли.

Полупустынный ландшафт делился на яркое, голубое небо и золотистый пейзаж, распростертый внизу. Раздался рев двигателя, когда Пьер Газеу сбавил газ, отпустил сцепление и направил грузовик вверх через дюну.

У него были густые черные волосы, горбатый нос и трехдневная щетина. Лицо украшали широкие солнцезащитные очки, а одет он был в безрукавку цвета хаки и широкие брюки. Темные волосы покрывали его руки и сильно затеняли ноги в истоптанных пустынных ботинках. Хотя он родился в Триполи, и его родителями были бывший легионер и женщина-туарег, Газеу учился во Франции и говорил по-английски с легким акцентом.

— Здесь остались следы, друг мой. Кто-то уже проезжал здесь, и недавно.

Мерседес накренился, когда правая передняя шина наткнулась на выступ скалы, и автомобиль сильно занесло влево. Только фигурка Святого Франциска с устремленным вдаль взглядом, удерживаемая клеем, осталась на месте.

Ливиец Газеу прикрепил к центральной консоли солнцезащитные очки и сбросил остальной хлам на и без того замусоренный пол.

47ой схватился за ручку и подождал, когда правое колесо преодолеет препятствие:

— Рад это слышать. Добрый знак.

— Итак, — сказал Газеу, — насколько мы близки к цели?

47ой сверился с GPS-передатчиком, проверил полученные данные на карте и посмотрел на высохший скалистый ландшафт впереди.

— Деревня должна быть в полукилометре отсюда.

Газеу убрал ногу с газа, включил сцепление и надавил на тормоз. Машина резко остановилась. Вокруг грузовика поднялись столбы пыли.

Киллер услышал, как одна из задних дверей закрылась, и когда повернулся, обнаружил, что помощника Газеу не было внутри кабины.

— Куда он делся?

Газеу отрицательно покачал головой и засмеялся.

— Вы видели его… Нумо идет куда хочет. То он есть, то его нет. И с этими словами ливиец отпустил сцепление, наполнил топливом пятицилиндровый двигатель и направил внедорожник вверх мимо ржавых останков автобуса. Дорога поднялась, завернула направо и исчезала за холмом.

Мохаммед услышал шум дизельного двигателя и заметил облако темно-синего выхлопного газа задолго до того, как он увидел громоздкий грузовик. Мерседес выехал из ущелья: белый, с хромовой звездой поверх радиатора, буксирный трос намотан на передний бампер, а решетка на крыше была загружена вещами.

Его собственный автомобиль, древняя тойота, был спрятан в полукилометре к востоку, подальше от глаз, позади скалы, поросшей вереском. Сейчас, лежа на животе, он ощущал всю силу южно-африканского солнца. Было неудобно, — очень неудобно — но это стоило того, если он и его люди заполучат почти новый автомобиль со всем содержимым.

Бандит хотел напасть на караван, расположившийся в заброшенной деревне прошлой ночью, и украсть все три их машины, но вокруг было более дюжины охранников. Зато сейчас, в награду за его терпение, Аллах собирался наградить его.

В бинокль араб разглядел, что от деревни осталось лишь пятно. Давным-давно, до вторжения в полузасушливый травянистый район Сахары, называемый «сахель», «гуэлта» или «водный ключ», это было центром деревни. Деревья, давно уже срубленные, затеняли низину и защищали воду от солнца. Но гуэлта зависела от дождей, а их было настолько мало, что источник высох.

Отсутствие живительной влаги заставило местных жителей подняться и покинуть родную деревню.