– Должен признаться, что поначалу я был настроен скептически. Когда Людвигсен сказал, что позвал вас, как будто мы бы сами тут не справились, но должен сказать, Мунк, отличное вышло сотрудничество. А за то, что произошло там, с этой Ксандрой, прошу меня извинить. Я перевозбудился. Перестарался. Такое со мной бывает. Когда тигра выпускают на волю, то…

Он подмигнул и слегка толкнул Мунка локтем.

– Понимаю.

– Так ваш отдел в Осло упразднили?

– Увы, – ответил Мунк.

– Есть шанс, что он вернется к жизни?

– Посмотрим. За кулисами ведется работа.

Борг снова едва ощутимо толкнул Мунка локтем.

– Скажите, если будете набирать людей. Я с удовольствием переберусь в столицу.

– Буду иметь в виду. – Мунк затушил сигарету, когда к участку подъехала машина адвоката.

– Он тут? – бросил «канцелярская крыса» и вышел из машины.

Он выглядел уже не таким дружелюбным.

Выражение его лица с металлической оправой ожесточилось.

– Внутри, – сказал Мунк, кивнув на здание. – Ждем только вас.

– И в чем вы его обвиняете?

– Ни в чем. Пока что.

– Вы знаете… – начал адвокат, но Мунк прервал его.

– Мы можем удерживать его сорок восемь часов. Не объясняя причины. После этого мы, вероятно, выдвинем обвинение, но это уже…

Он посмотрел на телефон.

– … примерно через сорок семь часов.

Адвокат не изменился в лице, поднимая с гравия свой дипломат.

– Где мой клиент?

– Внутри. Идите за мной.

Мунк прошел вперед вверх по лестнице и по коридору и кивком головы позвал Мию, сидевшую в переговорной.

– Мы готовы.

– Подождите, – сказал адвокат. – Я бы хотел сначала поговорить со своим клиентом наедине, хорошо?

– Конечно. – Мунк вежливо поклонился и открыл дверь в комнатку.

Беньямин Притц повернулся к ним, и Мунк, поймав его взгляд, понял по изменившемуся выражению глаз парня, что высокомерия в нем поубавилось.

Через маленькое стеклянное окошко в двери Мунк и Миа с трудом различали силуэты находившихся в комнате.

Беньямин сидел, пока адвокат, расхаживая по комнате, говорил и старался делать это как можно тише, но тон разговора все равно был слышен.

– Папочка недоволен. – Миа взяла дольку апельсина с тарелки на столе.

– Сомнительно. – проговорил Мунк. – Интересно, сколько пройдет времени, пока он окажется на нашей лестнице.

– Его, кажется, нет на острове.

– Жаль. Хотелось бы посмотреть ему в глаза, когда он услышит, что мы задержали одного из его драгоценных сыночков.

Адвокат сел рядом с Беньямином на стул и разговор пошел еще тише.

– Ты же знаешь, что у нас нет на него ни хрена? – вполголоса произнесла Миа. – Ну был он на вечеринке, и что?

– Он солгал.

– И что, впаяем ему ложь? И какое за это наказание? Два шлепка по попе и домашний арест? На желтой машине кататься больше нельзя, только на зеленой?

– Сорок восемь часов, – хмуро сказал Мунк. – За это время найдем что-нибудь на него. Если, конечно, он не решил во всем сознаться здесь и сейчас.

– Посмотрим. – Миа вытерла руку о черные шорты, когда открылась дверь.

– Мой клиент готов. – Адвокат-крыса махнул следователям рукой.

Они вошли в комнату и заняли места за столом.