Миа сделала глубокий вдох, чтобы удержаться на стуле.

– Груминг, фальсификация личности, оплата сексуальных услуг, я бы дала вам… что думаешь, Мунк?

– Немного, года два-три тюрьмы?

– Нет-нет, – возмутился Стенгель. – Это все ваши инсинуации. У вас нет доказательств.

Он указал на блокнот.

– А записи девушки? Мистер ЛОЛ, с датой и суммой?

Психолог рассмеялся.

– Это может быть кто угодно. Ни один судья не признает это уликой. А что касается Ханны…

Он наклонился к ним.

– Что она вам вообще сказала? Она рассказала, что преследовала меня взглядом? Приспустила красное платье, оголив плечо? Села близко ко мне на диване? У нее есть физические травмы или что-то, что может свидетельствовать о насилии? Нет, у вас ничего нет.

Мунку пришлось положить руку на плечо Мии, чтобы удержать ее на месте.

– У нас есть ордер на обыск вашего кабинета и дома, во всяком случае. Будет интересно посмотреть, что в вашем компьютере.

– Нет-нет, вы не можете, – покачал головой Стенгель. – Рыться в моих архивах? Это невозможно. Я обязан хранить врачебную тайну. Все строго конфиденциально. Знаете что, думаю, я все-таки возьму адвоката. Этому надо положить конец. Любой ценой. Ради моих пациентов.

Мунк нажал на кнопку.

– Подозреваемый попросил защиты адвоката. Допрос окончен в 13:06.

– Хорошо, – произнес Мунк. – Кому будем звонить?

– Мой телефон, – кивнул Стенгель на изъятый мобильный, лежавший на краю стола.

Миа подвинула его ему, вместе с ручкой и листком бумаги.

Стенгель записал номер и отдал ей бумажку.

– Сейчас вернусь. – Миа вышла из комнаты.

Мунк склонился над столом и вытащил из пачки в кармане сигарету.

– Итак, между нами, мальчиками, когда дама вышла из комнаты?

Мунк подмигнул и предложил Стенгелю сигарету.

Тот вежливо отказался и слегка улыбнулся.

– Суббота вечер? – спросил Мунк. – Вы были там или нет? Заглядывали в лодку?

– В прошлую субботу?

– Да.

– Вечером? Нет. Последний пациент был у меня днем. И я сразу улетел в Осло. Моему брату исполнилось сорок. Был большой праздник. Около пятидесяти гостей, кажется. Отлично отметили юбилей.

– Значит… в субботу вас на острове не было?

– Нет, вечером нет. У меня на телефоне полно фотографий, если вы мне не верите.

Но какого…

– Дайте мне две минуты, – сказал Мунк.

И в ярости выскочил в коридор.

81

София стояла в первом ряду хора и завороженно наблюдала за лучшим в мире зрелищем. Она поверить не могла, что это правда. Так много людей. И все в такой красивой одежде. Платья всех цветов. Только не черные, их надевают на похороны. И не белые, ведь белый – цвет невесты. Но практически всех остальных цветов. От некоторых платьев – розовых, голубых, сиреневых девочка глаз не могла оторвать. А мужские костюмы намного красивее свадебного наряда принца Уильяма. Почти у всех девочек в хоре были венки на головах, но никто не догадался сплести их из поповника. Многие похвалили венок Софии. Боже, какой красивый венок, в том числе незнакомые люди. Мужчина в сером костюме с очень необычными усами даже обратился к ней по-английски. Она мало что поняла, только wonderful, и, сделав реверанс, ответила ему thank you very much. Церковь было не узнать. Повсюду цветы, серьезно, повсюду.