А может, все не так уж и катастрофично? Может, надо только привыкнуть к мысли, что Холли станет женой Мака?

— Мак и Холли. Холли и Мак, — повторял он некоторое время, стараясь свыкнуться со звучанием этих двух имен, произносимых вместе. Но ничего не получалось. Сосущая боль в сердце не исчезала.

Оставался только один выход. Уехать куда глаза глядят, подальше отсюда.

С глаз долой — из сердца вон, пришла на ум поговорка.

Бак тяжело вздохнул.

Вечером того же дня Холли сидела у себя в комнате перец туалетным столиком и думала, машинально расчесывая волосы, что один день она уже сумела продержаться, никому не выдав их с Маком тайну. Хотя это было нетрудно, так как почти весь день она провела в розовом саду в одиночестве, за чтением книги.

Труднее всего ей было общаться с Баком. С ним она чувствовала себя беспомощной.

Холли положила расческу на полированную поверхность туалетного столика и, встав, подошла к застекленной двери, ведущей на веранду. Она открыла дверь, и ласковый ночной ветер обдал ее лицо прохладой, слегка растрепав волосы.

Холли вспомнила, как прошлым вечером они столкнулись на кухне, вспомнила, что почувствовала тогда… Почему она не может просто забыть о нем? Вычеркнуть его из своей памяти?

Холли вспомнила, что за обедом заметила некоторое напряжение в поведении Бака, словно он не мог дождаться момента, чтобы побыстрее уйти и уединиться. Уйти от всех. Уйти от нее.

Странное дело. Она должна была почувствовать облегчение оттого, что Бак наконец исчез из поля ее зрения. Но нет, Холли почувствовала разочарование, пустоту в сердце. Без Бака комната показалась пустой, разговоры потеряли смысл. Интересно, что по отношению к Маку, да и к другим мужчинам, которых ей подсовывал отец, у нее никогда не возникало подобных ощущений, а может, она просто не принимала их всерьез?

Холли вышла на веранду и прислонилась к чугунной узорчатой ограде.

Что со мной происходит? — спросила она себя тревожно. Уж не влюбилась ли я в Бака?

— Нет!

— твердо произнесла она вслух. — Это невозможно.

Она улыбнулась, представив себя и Бака вместе. Абсурд.

Холли посмотрела в бесконечную даль темного звездного неба и вдохнула свежий вечерний воздух.

«Просто перестань думать о нем. Вот и все», — посоветовал ей внутренний голос, но разве могла она запретить себе думать о нем?

Бак такой мужественный, сильный и в то же время умный и тонко чувствующий мужчина. Он отнесся с пониманием к чувствам Холли и всячески пытался поддержать ее. А как он обращается с лошадьми! Сколько заботы проявляет по отношению к младшим братьям! И они в свою очередь отвечают ему любовью. Хэнк просто обожествляет Бака и во всем пытается ему подражать, что выглядит иногда очень смешно. Бак со всеми такой внимательный и терпеливый…

И, конечно же, его глаза, эти карие, все понимающие, проницательные глаза. Иногда ей кажется, что ее мысли для него не секрет.

И потом. Бак просто очень красив. Во всяком случае, вполне отвечает ее представлениям об идеальной мужской красоте.

Но как бы то ни было, Холли не имела права увлекаться Баком.

Во-первых, потому что для всех она помолвлена с Маком и флиртовать в его отсутствие с младшим братом было бы крайне некрасиво. Когда Мак вернется и все встанет на свои места, тогда, быть может, она позволит себе уделить Баку несколько больше внимания.

Во-вторых, «Дом чудес», приют для несчастных детей-сирот, занимает главное место в жизни Холли, и она не видит никакой возможности выкроить время для личных дел, для супружеской жизни в перспективе.

Кроме того, она живет в Оклахоме, а Бак живет в Техасе. Нет, ей лучше всего поскорее собрать чемоданы и уехать отсюда, подальше от соблазнов. Только надо дождаться Мака.

С этими мыслями она вернулась с веранды в комнату и вскоре забылась беспокойным сном.