«Вероятно, я вижу его в последний раз», – подумал Виктор. Ему стало немного жаль коллегу, и он решил сказать Мумунину что-нибудь приятное.

– Пересмотрел я тут твоих «Людей и зверей», – наконец вымолвил Виктор. – И вижу, что картина – поистине гениальная. Феллини, как говорится, и рядом не стоял…

– Согласен, – серьезно сказал Мумунин. – Вот увидишь, еще на нашем с тобой веку меня обязательно занесут, что называется, в анналы. А Феллини забудут лет через пять. Лично у меня сомнений на этот счет нет.

– И у меня нет, – согласился Виктор. – Но вот ты говоришь: «на нашем с тобой веку», – осторожно заметил он. – А ведь никто не может знать, сколько этот век продлится…

– Я могу, – заявил Мумунин. – Насколько я себя знаю, годков еще восемьдесят я запросто протяну.

«Еще? – с удивлением подумал Виктор. – Да тебе ведь сейчас уже под шестьдесят!»

Вслух же сказал:

– Уверен, что так и будет.

– Насчет меня, – сказал Мумунин, – ты можешь быть уверен. У меня в роду сплошные долгожители. Да и меня бог здоровьем не обидел. Ты вот пощупай, какие у меня бицепсы. – Он напряг согнутую руку.

Виктор с опаской потрогал двумя пальцами его мышцу.

– Крепкие, – уважительно произнес он.

– Не то слово, – поддержал Мумунин. – Я, если хочешь знать, одним ударом быка с ног валю.

– Значит, на дороге тебе лучше не попадаться, – заключил Виктор.

– То есть не переступать мне дорогу! – уточнил Мумунин. – Всякий, кто переступит мне дорогу, сильно пожалеет. Ну, а попадаться мне можно – я не против… Вот ты же попадаешься – и ничего…

– Потому что я тебя уважаю, – сказал Виктор.

– Вот, это хорошо, – закивал Мумунин. – Когда достойного человека уважают, это ему приятно, – загадочно высказался он.

«Может, Графову не удастся его убить? – подумал Виктор. – Я бы, разумеется, только обрадовался… Но что делать? Не предупреждать же об этом Мумунина…»

– А вот если бы на тебя вдруг… напали? – несмело спросил он вслух.

– Так постоянно нападают, – пожал плечами Мумунин. – На худсоветах тех же. Но справедливость всегда остается на моей стороне – в этом я уже убедился.

– Нет, – сказал Виктор, – я имел в виду не нападение коллег, а, скажем, бандитское.

– Ну, и такое со мной бывало, – немедленно ответил Мумунин. – И лицо мне угрожали расквасить, и ножом меня пытались пырнуть, и ноги вырвать… Да только дохлый это номер! – усмехнулся он. – Мне все эти преступные намерения – как мертвому припарка.

– Хорошо, если так, – вяло согласился Виктор.

– За меня, Витя, не беспокойся, – заверил Мумунин. – Я вот сейчас новую картину замыслил, и никто не помешает мне завершить ее до конца. Картина, парень, получится блеск! – пообещал режиссер. – Заранее могу заявить, что ты такого еще не видел на наших экранах, не говоря уже о мировых…

– Жду не дождусь, – вздохнул Виктор.

– Не горюй, брат, долго ждать не придется, – подбодрил его Мумунин. – Через годок-другой выйдет. Люди по три раза это будут смотреть, даром что там опять две серии… Я вообще решил, что режиссеру такого калибра, как я, меньше чем на две серии замахиваться не стоит… Это пусть разные хучраи по одной серии снимают, – усмехнулся он.