Винчестеры переглянулись между собой и покосились на отполированный до блеска мраморный пол.

— А теперь про договоры расскажи, — Дин положил подбородок на скрещенные на спинке стула руки.

— Маги тогда пальцем у виска покрутили и согласились, но с оговоркой, что им засилья эльфов не надо, пусть в каждую семью придет семья из пары эльфов. Если детки родятся, то так уж и быть, пускай остаются, но только эльфята мужского пола. Эльфиек выдавать замуж и отдавать в семью мужа. А дети у нас редко рождаются, так что перенаселения за столько лет не наступило. Да и сами домовики жестко рождаемость контролируют. Гоблины составили пятьдесят два договора, а кто-то из магов зачаровал их, сделав нерушимыми. Договоры для сорока семи семей, внесенных в книгу знатности, и пять просто так, на всякий случай.

— Двадцать восемь. Семей же двадцать восемь. И не книга знатности, а книга чистокровности, — поправил эльфа Сэм.

— А тогда вот так было, — эльф посмотрел на свои ладошки. — В общем, бросали жребий. Сорок семь счастливчиков перебрались в дома и с тех пор смотрят на остальных свысока. Еще некоторую часть четверо чародеев на постройку Хогвартса позвали, да так и оставили их при школе, заключив один из договоров между семьями эльфов и школой. Да пункт внесли, что если кого-то выгонят, то Хогвартс при желании бедненьких-несчастненьких… козлов вонючих, которые не смогли нормально выполнять совсем нетрудные поручения и оставаться для людей невидимыми, приютит. А остальных просто отодвинули, как мусор какой-то, — эльф смахнул рукой набежавшую слезинку. — Мне двадцать лет уже. Эльфы могут до двухсот лет жить, но в двадцать уже жениться можно. А куда я жену приведу? В нашу землянку? Мама у меня нормальная, заботливая, но когда договор почуяла… Нас же фактически три семьи. А договор один.

— Так вроде папаша твой против был, чтобы на людей работать? — спросил Дин.

— Работать. Не попасть в дом по договору, а просто работать. Но я бы и так согласился. Те же, вон, за тысячу лет долг не искупили. Род пресекается — не беда, наследники всегда найдутся. Главное, чтобы на улицу не выгнали. Хогвартс тоже не резиновый, и чужаков здесь не терпят. Если от директора распоряжения не поступит, так никто и не узнает, что вольников прибавилось.

— Очешуеть, — только и смог сказать Дин. — А ушастые-то не такие уж и простые ребята, как оказалось. И много вас таких вольных стрелков?

— Уже мало осталось. Выживать с каждым годом все труднее. Мы многое можем, но создать ту же еду невозможно. Мясо мы добывать не умеем, как-то разучились, да и негде, магглы уже почти не оставили свободных мест, а на одних растениях долго не протянешь.

— А ты чего долбился? Да еще и невидимый был?

— Я договор утащил, — признался Эдди и дрожащей рукой вытащил из-за пазухи немного смятый пергамент. — Невидимый был, потому что боялся. И своих боялся, они могли за мной пойти, и вас боялся, вдруг вы откажетесь. Возьмите меня к себе, а? Меня и мою жену, я, если мы договор заключим, сразу же женюсь и Миссу свою вытащу из такой же землянки. Она тоже в школу ходила и язык не коверкает, как эти домашние недоумки. Мы много не едим, да и места нам немного нужно. А клятва верности автоматически в действие вступает, как только договор подписан. Только его вы все должны подписать, чтобы наследники любой ветви могли на наших потомков претендовать.

— И ты вот так родных бросишь? — Сэм прищурился.

— Отец сам никуда не пойдет. Маму жалко, конечно, но она поймет. Не просто же так она договор не уничтожила сразу. Наша магия на это способна.