— Потому что ты не думал, Дин. Ёкаи не… они не спят с себе подобными. Для этого жизненного цикла им нужен человек. А вот насчет слов этой красоты я бы очень хотел с тобой поговорить. Я отлично помню тот Голод. Ты тогда сказал, что ничего не чувствуешь. Это правда? Дин, посмотри на меня и скажи — это правда?

— Сэм, отстань. Я тогда не смог понять, чего и хочу, и лиса, чтоб ей всех хвостов лишиться, права, я тогда испугался до запора и сделал все, чтоб до инвалида добраться.

— Дин, ты вот что, с такими предсказаниями не шутят. Есть легенды, что устами кицунэ говорит Инари. Тебе бы прислушаться, пока мы опять дел не наворотили. Это было бы не круто, вот серьезно.

— Я постараюсь. Не могу ничего обещать, но постараюсь, — Дин плеснул себе чая. — Где хвост этой Кассандры хреновой, надоело себя барышней в слишком тесном корсете ощущать. Пора Германию навестить. Сев, когда твоя учительница сваливает? Надо бы ей конфет заслать. Или ты способный ученик, или она супернаставница, не знаю. Да, нам с твоим дядей нужно будет дополнительно патроны солью заряжать, чтобы от твоих поклонниц отстреливаться? По качеству и по степени опасности пассий ты, похоже, скоро нас с Сэмом переплюнешь, — красный Северус протянул ему несколько лисьих волосков. — Да не смущайся ты, как отец я тобой горжусь, но как тот же отец хочу предупредить о большей разборчивости. Не стоит распыляться. Ни к чему хорошему это не приведет. У тебя просто идеальный пример неправильного поведения перед глазами стоит, — Дин долго задумчиво смотрел, как волосинки растворяются в чае, затем залпом выпил получившуюся жидкость. — А почему тебя постоянно на рыжих тянет?

Глава 16

Портключи следовало активировать прямо в консульстве магической Германии в Токио. Накануне Северус попрощался с Мидори-сан, которая так и не смогла взломать его защиту, а Северус, помня случай с кицунэ, не рискнул поднять экраны. Тем не менее ученик и наставница расстались, вполне довольные друг другом.

В посольстве на Пандору все косились, когда думали, что девушка их не видит. Какой-то молодой хлыщ, скорее всего Ганс, с улыбкой пытался что-то говорить Андромеде. Менди злилась, Сэм нервничал, Дин пребывал в мрачной задумчивости, Северус рефлексировал, потому что скотина-Люпин не удержался и написал письмо Поттеру, где красочно расписал и их приключения, и бой кумиров Джеймса и Сириуса с непобедимым существом, которое они все же как-то победили, и про кицунэ, особенно про то, что ей понравилось обжиматься с самым младшим Винчестером, потому что при этом она могла еще и получать удовольствие от его эмоций, или от чего она там тащилась, когда они копались друг у друга в мозгах. Поттер, не будь дураком, порадовался за всех, возлюбил старших Винчестеров еще больше, и… написал письмо Лили Эванс, в котором большую часть занимал раздел про кицунэ… Северус утром получил письмо, которое притащила местная сова. За сборами он прочитать его не смог, а вот пока они ожидали в консульстве, когда подойдет их очередь воспользоваться портключом, он открыл злополучное письмо от Лили. Единственное, что доставило ему облегчение — запрет на применение колдовства в Великобритании. Лили просто физически не могла прислать ему вопиллер. Но общий смысл письма его порадовал. Так порадовал, что он набросился на Люпина с кулаками, устроив неприличную драку прямо в немецком консульстве. Пока Дин разнимал мальчишек, Сэм прочитал отброшенное в сторону письмо.

— Вот стервозная девчонка, — он задумчиво посмотрел на Дина, который никак не мог справиться с окрепшим сыном и юным оборотнем. — А мальчик крепкий у нас, молодец. Что-то мы тренировки немного забросили, вон Ремус его даже достал пару раз.

Дину помогли подбежавшие сотрудники консульства.