— О чем она говорит? Дин, что происходит? — Сэм рефлекторно выхватил меч, но тут лиса уронила голову на грудь, а ее глаза перестали светиться. — Что это, вашу мать, сейчас было?

— Я видящая. Мой хвост восстановился, — слабо проговорила кицунэ. На столе стали появляться чашки, тарелочки, чайник. — Я, пожалуй, пойду. А найти вас стоило. Это видение повысило мою ступень как минимум в полтора раза. Мы еще встретимся, неправильный ёкай, — она слабо улыбнулась Люпину. — Мы еще обязательно встретимся, я это сейчас четко вижу. Случайности никогда не бывают случайными, а тебе, — она снова посмотрела на Дина, — все же лучше попытаться разобраться в себе. Там, глубоко внутри, такой клубок намешан, жуть просто. Такой распутать невозможно, можно только разрубить. Пока ты не начнешь действовать согласно своим желаниям и предпочтениям, пока ты не научишься не прятаться за надетой однажды маской, в твоей жизни не наступит полной гармонии. Однажды ты это сделал, ты наступил на горло собственным, годами вырабатываемыми предпочтениям, и обрел сына и мир, который принял тебя благосклонно. Не разрушь все это.

Она повернулась к Северусу.

— Я хочу извиниться, — серьезно сказал мальчик. — Но ты тогда не оставила мне выбора.

— Мы с тобой еще увидимся, — она подошла к нему почти вплотную. Мальчик почувствовал жар ее тела и вздрогнул. — Ты интересный. Ты интересен еще и тем, что, зная, кто я, не боишься. И ты единственный из находящихся здесь, чьи варианты будущего я не вижу.

— Ты видишь будущее?

— Варианты. Будущее нельзя увидеть как картинку, как и изменить прошлое. У тебя не просматривается ничего, словно тебя нет, — последние фразы она почти шептала, прислонившись лбом ко лбу Северуса. — Ты сделал мне больно. Я хотела тебя убить. И сейчас хочу, но понимаю, что тогда я не выживу. А больше, чем отомстить, я хочу жить. Покажи мне, что ты скрываешь.

Черные и янтарные глаза были настолько близко друг от друга, что юный маг и молодая кицунэ не видели даже собственного отражения в зрачках стоящего напротив… кого? Врага? Друга? Северус медленно приподнял защитные экраны своего разума. Ему очень сильно захотелось почувствовать ее. На бедную лису обрушился океан скрытых эмоций. Ее собственных и чужих. Ярость и острое сожаление. Легкая заинтересованность и сбивающее с ног любопытство. И уже непонятно, где заканчиваются чувства лисы и начинаются чувства мага. «А я уже очень хорошо целуюсь», — промелькнуло в голове Северуса, когда очередная волна эмоций изначально волшебного существа накрыла его, отключив любые осознанные мысли.

— Святой ежик, — донеслось до Северуса, разрушив эту странную невероятную связь. Наскоро поставив щиты на место, он отпрянул от Кэтсуми. — Ты бы хоть своего отца постеснялся.

Дин смотрел на Северуса с легкой насмешкой. Лиса как-то смущенной не выглядела.

— Это было… — произнесла она задумчиво. — Это больше, чем физическое удовольствие. Я не жалею, что нашла тебя. У твоей крови такой острый запах, он сводил меня с ума. Теперь понятно, почему. Я так ничего и не увидела, кроме того, что с тобой мы тоже встретимся. Я не знаю как, не знаю где, но буду ждать. Надеюсь, тогда ты будешь немного повзрослее, чтобы правильно закончить начатое.

Вот тут мальчик покраснел. А девушка выскользнула за дверь.

— Вот так, Сэм, ни тебя, ни меня точно не снимали. А почему я думал, что эта лисичка будет за Ремом увиваться?

— Потому что ты не думал, Дин. Ёкаи не… они не спят с себе подобными. Для этого жизненного цикла им нужен человек.