— Хорошо, завтра же и возьмем. Если завтра всё проходит удачно, еще через сутки заходим на второстепенные мишени — каверна в правом легком и селезенка.

— Ты забыл про почки, желудок, и кишечник, — напомнил Саб ехидно. — Короче, весь набор. И всё в приоритете. Не пойму, его что, вообще никогда не лечили, что ли?

— Не пойму, ты в мирах первого-второго уровня вообще никогда не работал, что ли? — в тон ему ответил Ит. — Не лечили, видимо. И зрение не корректировали. Можешь поглядеть, какие чудесные очки я у него в кармане нашел. Вон, лежат, у запасного модуля. Не бойся, я их простерилизовал, если ты об этом.

— Очки? — с интересом переспросил Саб.

— Ну да, очки. Сильные очки, но, судя по тому, что я успел посмотреть, даже эти сильные очки были для него слабыми. Ладно, глаза мы потом сделаем, если вообще его вытащить получится, — Ит задумался. — Его не только не лечили, Саб. Он работал, судя по всему, фактически на убой. Все руки, до локтей, в старых химических ожогах. На голове полно порезов, по всей видимости, голову он либо сам постоянно брил, либо ему брили.

— Он голодал? — спросил Саб, нахмурившись.

— Последние месяцы — однозначно да, — подтвердил Скрипач. — В этом как раз ничего удивительного нет, при циррозе это закономерно. Есть он, скорее всего, не мог, потому что была частая рвота — тоже закономерно. Вообще, тут не позавидуешь — вот так паршиво умирать. Это мучительно, и это больно.

— А почему он такой жутко грязный? — спросила Эри по связи. Она поняла, что в медблок ее не допустят, и решила, что беседовать можно и из рубки. — Ужасно грязный. И запах там был…

— Сейчас запаха уже нет, — успокоил Ит. — Грязный? Если очень долго не мыться, получается грязь. Сама понимаешь.

— Он просто кошмарно выглядит, — сказала Эри. — И на голове болячки везде… бррр…

— Расчесы. Прости за подробность, но это вши, — Ит поморщился. — По личному опыту могу сказать, что это не рекорд. Вот когда я с Колымы приехал…

— Да, это был рекорд, — гордо подтвердил Скрипач. — Это был еще какой рекорд! Ни до, ни после я не видел такое количество вшей на квадратный сантиметр одежды.

— Хватит, а? — попросил Саб. — Какая гадость. Это давно было?

— Очень, — хмыкнул Скрипач. — Предсказываю. Сейчас Саб начнет чесаться. Рефлекторно. Три, два, один… ну?

— Не смешно, — Саб отвернулся. — Совершенно не смешно. Омерзительно. Может быть, всё-таки сожжем эти тряпки?

— Только когда хозяин очнется, и разрешит это сделать, — твердо ответил Ит. — И ни минутой раньше. Рыжий, подежуришь первым?

— Давай, — кивнул Скрипач. — Сначала я, потом Саб, а потом мы оперировать. Потом снова я, потом ты, потом Саб. Думаю, вытащим. И не таких вытаскивали. Да и вообще, если он до сорока девяти дотянул без помощи, то почему бы ему и в этот раз не справиться? Все-таки гермо. А гермо живучие.

— Не совсем гермо, — возразил Саб.

— И что с того? — пожал плечами Скрипач. — Вытащим. Ну да, повозиться придется, но, если честно, я по нормальной работе соскучился уже. Ит, ты в любом случае молодец, что его приволок. Что не бросил.