Изменить размер шрифта - +
Или Ти.

— Я не знаю, о ком вы говорите.

— Могу рассказать, если вам интересно. Можно сесть?

— Пожалуйста, — сказала она без особого удовольствия. Я был гонцом, принесшим дурные вести, прежде за это убивали.

Я сел на мягкий кожаный пуф у стены. Она осталась стоять.

— Вы любите Роя Брэдшоу?

— Я бы не вышла за него замуж, если бы не любила его.

— Когда был заключен ваш брак?

— Две недели назад, десятого сентября. — При воспоминании об этом дне ее щеки слегка порозовели. — Он только что вернулся из Европы. И мы решили сразу поехать в Рено.

— А до этого летом вы были с ним в Рено?

Она удивленно нахмурилась и покачала головой.

— Кому пришла мысль поехать в Рено?

— Конечно, Рою, но я не возражала. Я давно хотела съездить туда, — сказала она во внезапном порыве искренности.

— Что препятствовало заключению вашего брака?

— Ну, на самом деле ничего не препятствовало. Мы откладывали его по нескольким причинам. У миссис Брэдшоу очень силен комплекс собственницы, а у Роя ничего нет, кроме заработка. Может, это выглядит меркантильно... — Засмущавшись, она замолчала.

— Сколько лет его матери?

— Шестьдесят с чем-то. А что?

— Она энергичная женщина, несмотря на все свои болезни. Она может еще долго прожить.

Холодное пламя вспыхнуло в глубине ее глаз.

— Мы не собираемся ждать ее смерти, напрасно вы так думаете. Мы просто ожидаем удобного психологического момента. Рой надеется, что ему удастся переубедить ее и она поменяет отношение ко мне. А пока... — Она опять замолчала и с недоверием посмотрела на меня. — Но это все не ваше дело. Вы собирались мне рассказать о Макреди. Ти Макреди? Это фиктивное имя?

— Может быть, но женщина вполне реальна, уверяю вас. Ваш муж незадолго до вашей свадьбы развелся с ней в Рено.

Она сделала шаг и упала в кресло, словно ноги отказали ей.

— Я вам не верю. Рой никогда раньше не был женат.

— Тем не менее так оно и было. После некоторого сопротивления это признала даже его мать. Правда, это был несчастливый брак, который он заключил, еще будучи студентом Гарварда. Но до этого лета он его не расторгал. Конец июля и август он провел в Неваде, занимаясь бракоразводным процессом.

— Ну теперь я знаю наверняка, что вы ошибаетесь. Все это время Рой был в Европе.

— Надеюсь, у вас есть письма и открытки, чтобы доказать это?

— Конечно, — сказала она, вздохнув с облегчением.

Она вышла в соседнюю комнату и вернулась с пачкой корреспонденции, перевязанной красной ленточкой. Я перебрал открытки и расположил их в хронологическом порядке: Тауэр (Лондон, 18 июля), Библиотека имени Бодлея (Оксфорд, 21 июля) и так далее, и так далее до Английских садов (Мюнхен, 25 августа). На последней открытке Брэдшоу писал:

Дорогая Лаура!

Вчера посетил резиденцию Гитлера на Берхтесгаден  — красота пейзажа омрачается ассоциациями, которые вызывает это место. А сегодня, ради разнообразия, я отправился автобусом в Обераммергау, где разыгрываются Страсти Христовы. Я был потрясен почти библейской простотой жителей. Вся эта область Баварии буквально напичкана маленькими очаровательными церквушками. Как жаль, что ты не можешь насладиться этим видом вместе со мной! Жаль, что ты все лето пробыла одна. Ну, как бы там ни было, лето скоро кончается, и я с нетерпением жду, когда все европейские красоты останутся позади и я буду дома.

С любовью

Рой.

Я сел и еще раз перечитал это невероятное послание. Оно почти дословно повторяло письмо, показанное мне миссис Брэдшоу.

Быстрый переход