"Какой-то у меня бесконечно длинный первый рабочий день..." - Пожаловался я автомату с газировкой в "финишном" коридоре.

Пинать бедолагу не стал - по моим воспоминаниям, в столе должно стоять полчашки кофе.

Кофе в столе, может и стоял, только сейчас, за моим столом сидел шеф и зорким ястребом наблюдал за работой отдела "Н", что-то черкая на листке бумаги.

- Шеф? - Я оттащил стул от соседнего стола и уселся напротив. - Проблемы?

- Объясни мне, Сайд, почему, люди у которых все есть - перестают быть людьми? - Тяжело вздохнув, шеф снова "припер себе кофе" и с удобством развалился на моем стуле. - А из всех стульев в вашем отделе - самые удобные у Тебя и у Амины?

- Просто Вы, шеф - кот. А люди, у которых все есть... - Я замер, формулируя свои ощущения. - Им все равно. Ведь важно для них только то, что есть у них... У нас проблемы?

- Слегка. - Шеф сделал глоток и зажмурился, на мгновение действительно став похожим на кота. - Я так и не могу понять, какого черта, они приперли с собой на встречу - "кноккера"?

"Кноккер" или по сложному - "эмпат-транскодер", а по простому - взломщик мозгов, в формат нашей встречи как-то не вписывался.

Кому-то очень захотелось покопаться в головах высшего руководства "Фемиды"?

Или не покопаться, а "закопать"?

- Сайд. Анализ! - Отчетливо приказал шеф и вбитый в подкорку рефлекс заставил выдать на гора все мои размышления.

Пока говорил, заметил, что наш стол отделен от всех "сферой Хаоса" - "конструктом" бешено тяжелым и максимально эффективным.

Пока мы беседуем в "сфере", на нас можно сбросить ядерную бомбу и мы ее не заметим.

Утрирую, конечно.

Весь мой анализ уместился в три минуты, за который шеф успел выдуть весь кофе, сделать себе свежее и отвалится на спинку моего стула, прокручивая в голове мои слова.

Едва "сфера" распалась, у стола нарисовался Толик и вежливо поздоровавшись, отправил нас к Амине.

У меня уже глаза слипались и зевалось так сладко, что даже прикрываясь обеими ладонями, я вызывал ответные зевки у всех видевших меня, окружающих.

Амина, видя такое положение дел, недрогнувшей рукой указала мне на дверь, отправляя на отсып.

Шеф, понимающе кивнул и "сделал ручкой".

Отчаянно зевая, до слез, до вывиха челюсти, провесил очередной проход, вывалился в него, прошел в ванну, набрал ее и в ней и заснул.

Во сне бегал, прыгал и уклонялся - сперва от кофеварки, потом от человека, с головой дятла и зубилом вместо носа-клюва, который бегал за мной и орал: "Я все о тебе расскажу! Всем правду о тебе выложу!"

Да, когда мозг хочет, он так события вывернет, что мало не покажется.

Через, часа полтора, когда вода стала комнатной температуры и я едва не захлебнулся, соскользнув на дно ванны, все-таки проснулся, выбрался в комнату и рухнул на кровать, мокрый и все такой же сонный.

А тот, кто скажет мне, что спать на закате вредно - пусть идет в пешее эротическое путешествие, на пятой скорости.

И снова сны, сны, сны.

Меня перебрасывало из одного полушария в другое, мозг отчаянно пытался мне что-то сказать, подтолкнуть в нужную сторону, но я его не понимал.

Подсознание, видя такой вопиющий факт пренебрежения, обиделось и ушло в подполье.

А я - отлично выспался.

В 23:15 я снова был на работе, сидел за своим любимым столом и перечитывал дело Аммерсана, на этот раз, присматриваясь к нему с точки зрения полученных новых данных.

Несомненно, два этих дела пересекались, и несло от них пропастиной - с ног шибало.

А вопросов становилось все больше.

К папке Аммерсана добавилась папка пилота - Гарика Вильнева, 29 лет, бывший гражданин Польши, бывший военный пилот, бывший, бывший, бывший.