На верхней части пирса зажегся свет, и чей-то голос по-французски спросил:

— Это вы?

— Большой Пьер, — сказал Крэйг. — Пошли. Женевьева и Рене двинулись вперед, Крэйг и Хейр шли следом. На причале она обернулась, чтобы последний раз взглянуть на палубу. Шмидт улыбнулся ей.

— Не дай этим негодяям раздавить тебя, красавица. Крэйг подошел поближе.

— Подарок для вас. — Он подал ей вальтер и запасную обойму к нему. — Суньте его в карман. Ни одна девушка не должна ходить без оружия.

— Да уж, не в этих местах, — сказал Хейр и обнял ее. — А дальше решайте сами.

Крэйг повернулся к Рене:

— Верни ее целехонькой, не то я оторву тебе яйца.

— Майор, если что-то случится с ма-амзель Женевьевой, то же самое произойдет и со мной.

Крэйг смягчился и примирительно произнес:

— О\'кей, мой ангел, лезьте наверх. Величайший момент вашей карьеры. Как говорят в шоу-бизнесе, сломайте ногу.

Она быстро повернулась и, скрывая слезы, начала взбираться по ступенькам. Рене шел за ней. В конце пирса стоял грузовик, рядом с ним копошились какие-то тени, потом вперед выступил человек и заступил им дорогу. Никогда в жизни она не видела человека такого угрожающего вида. На нем была суконная шапка, старый грязный молескиновый пиджак, краги и рубашка без воротника. Трехдневная щетина на подбородке и шрам на правой щеке дополняли общее впечатление.

— Большой Пьер? — спросил Рене.

Женевьева опустила руку в карман и нащупала вальтер.

— Этот человек не может быть нашим, — зашептала она Рене скороговоркой, настолько напуганная, что сказала это по-английски.

Человек со шрамом на лице вдруг улыбнулся.

— Ужасно сожалею, что привел вас в замешательство, старушка, — сказал он со сногсшибательно пижонским оксфордским акцентом, — но если вы ищете Большого Пьера, то это именно я.

За ним из темноты вышли человек двенадцать молодцов с ружьями и пулеметами системы «Стена». Они стояли стеной, молча уставившись на нее.

Она прошептала Большому Пьеру:

— Не знаю, что о них думают немцы, но меня они определенно пугают.

— Да они просто великолепны, разве не так? — Он хлопнул в ладоши. — Эй вы, крысиная семейка, — произнес он скороговоркой по-французски. — Давайте двигаться и следите за своим языком. С нами дама, помните об этом.

Грузовики такого типа называют газогенами, потому что они работают на газе, образующемся при сжигании древесного угля в печи, установленной сзади в кузове. Большой Пьер вел машину довольно быстро, насвистывая что-то сквозь зубы.

Женевьева вдруг спросила:

— А если мы нарвемся на немецкий патруль?

— Немецкий что? — Вблизи от него исходил жуткий запах.

— Патруль, — повторила она.

— Только не здесь. В этих местах они бывают только тогда, когда им это позарез нужно. Это значит, только днем и когда их много. О любом таком отряде в радиусе пятнадцати миль сегодня ночью я бы знал, уж поверьте мне.

Ей захотелось расхохотаться в ответ, уж больно серьезно он это сказал.

— Стало быть, вы тут все контролируете?

— Ваш голос всегда звучал по телефону так восхитительно. Приятно показать вам свою физиономию, — продолжал он. — Вы когда-нибудь бывали в Оксфорде?

— Нет.

— А в Норфолке?

— Сожалею, тоже нет.

Они перевалили за гребень холма, и в этот момент в просвет между облаками выглянула луна.