Женевьева внимательно посмотрела на него. Она не видела его со дня того происшествия в лесу, он не показывался даже в «Висельнике». Его лицо было непроницаемым, но глаза выдавали подлинные чувства — в них была ненависть.

Мунро подвел итог:

— На этом и закончим. Дальше ждать невозможно, в случае переброски морем вам придется отплыть раньше. — Он повернулся к Хейру: — Вы отправляетесь сейчас же, командир.

— Прекрасно, сэр, — кивнул Хейр. — Мы отчалим в восемь. Я понимаю, что у вас остается совсем мало времени, Женевьева, но такова жизнь. Туман на море куда менее плотный, движется пятнами. По прогнозу промежутки между шквалами дождя от трех до четырех миль. В самый раз для скрытого броска через пролив.

— Куда? — спросила Женевьева. Хейр повернулся к Осборну:

— Крэйг?

Американец объяснил:

— Мы уже связались с Большим Пьером по радио на всякий случай. — Он повел карандашом по карте: — Вот Лион, а это маяк Гросне и тот самый залив, где "Лили Марлен" подобрала меня. Большой Пьер сказал нам, что немцы закрыли маяк пару дней назад.

— Почему? — спросила Женевьева.

— Они закрывают маяки один за другим с некоторых пор, — вступил в разговор Хейр. — Боятся высадки десанта.

— Дело в том, — добавил Крэйг, — что прямо под маяком Гросне в скалах на берегу находится каменоломня. Она не использовалась с двадцатых годов, но там есть глубоководный причал, которым пользовались катера для погрузки гранита.

— Идеально для наших целей, — сказал Хейр. Крэйг продолжал:

— Мы попросим Большого Пьера подтвердить наш новый план. Он будет ждать с подходящим транспортом. В любом случае вы окажетесь в Сен-Морисе по расписанию.

— Пользуясь этим причалом в Гросне, мы можем подойти прямо к берегу и отойти от него, — добавил Хейр. — Без проблем.

— И даже если кто-нибудь окажется поблизости, то что он увидит? — подхватил Мунро с энтузиазмом. — Как гордость Кригсмарин следует по своим делам.

Женевьева взглянула на карту и вдруг почувствовала себя удивительно спокойной.

— Что ж, прекрасно, — тихо сказала она.

Глава 10

Когда "Лили Марлен" покидала гавань, Женевьева, Крэйг и Рене находились внизу. Так хотел Хейр. Сидя за столом в крошечной кают-компании, Женевьева вдруг обнаружила, что ей действительно хочется закурить «Житан». Крэйг дал ей прикурить.

— Вы теперь получаете от них удовольствие, не так ли?

— Плохая привычка, — кивнула она. — У меня появилось ужасное подозрение, что я не избавлюсь от нее до конца жизни.

Она откинулась назад и задумалась, вспоминая, как они отчаливали. Мунро, удивительно серьезный в своем старом кавалерийском плаще, пожимающий им руки. Едж где-то сзади, злобно следящий за ней. Быстрое и нежное объятие Джулии, ее последние слова шепотом: "Не забудьте, что я говорила вам".

Качка становилась весьма ощутимой. В этот момент открылась дверь и из камбуза появился Шмидт, балансируя тремя чашками на подносе.

— Чай, — сказал он. — Горячий и сладкий. Полно великолепного сгущенного молока. — Женевьева скорчила гримасу. — Нет, вы выпьете все, моя дорогая. Хорошо для желудка во время такого путешествия. Облегчает тошноту. — Она сомневалась в его правоте, но все-таки сумела проглотить немного этого пойла. Через некоторое время он снова появился: — Шеф говорит, что вы можете подняться наверх, если хотите.