|
— Да, но скорость плетения все равно маловата.
— Так и он занимается всего-ничего. У парня талант к узловой технике…
— Тоже мне талант, — недовольно буркнул учитель. — Его за руны коротышек посади, он и там блистать «талантом».
— Ты недооцениваешь его, — заметил Хойсо.
— У него есть талант, но он, к сожалению, один — упертость. — проворчал упырь. — И вообще, когда он сдаст мне положенную сотню узлов, я дам ему прозвище «Баран». Рус из Вивека по прозвищу Баран! Отличное имя для начинающего мага огня.
— Ты слишком придираешься, — вздохнул черт. — Или завидуешь…
— Ничего я не завидую!
— Ты завидуешь! — усмехнулся черт. — Ты, тысяча демонов Сиртоку, завидуешь!
— Из этого парня может получится пиромант, каких свет не видывал, но если он и дальше будет заниматься морализаторством, то из него выйдет олух! Он положит жизнь ради горстки людишек, а сам оставит после себя горстку пепла и светлую память!
— Так ведь он хочет вернуться в Вивек, нет?
— Да, и я поддерживаю его стремление стать городским магом.
— Так может для того, чтобы Вивек стал столицей нового государства, нужен герой? Настоящий, а сильный пиромант? — спросил Хойсо и уставился в глаза друга. — Может ему и правда нужно жить ради кого-то?
— Чушь! Давай вспомним Картимса «Зеленый поток» или Долшарама «Пятая звезда»? — возмутился упырь.
— А давай лучше Грота «Каменное сердце»? — усмехнулся черт. — Где королевство, созданное Картимсом? Где республика Долшарама? Империя Грота живет до сих пор.
— Ага, как же, — усмехнулся Роуль. — Мы оба с тобой видели, как она развалилась на части и…
— Воскресла вновь. Она пережила трудные времена, но все же восстала из пепла. Я считаю, что Грот поступал правильно, и его стратегия в долгосрочной перспективе оказалась выгоднее. Мало захватить земли, надо их сделать частью империи.
Упырь недовольно глянул на черта и опустил взгляд в ущелье. Рус выдохся и, стоя на коленях, пытался прийти в чувства от перерасхода силы.
— Допустим, ты прав, — произнес Роуль. — Только допустим! Что тогда ты предлагаешь с ним делать?
— Вернуться к деловому стилю и перестать делать из него чудовище.
— Выбор кому умереть очень важен! — зарычал упырь.
— Я не спорю, но заставлять выбирать среди умирающих детей — это перебор. Он же всего лишь пацан…
— Он маг, а это значит, что…
— Он молодой парень, совсем недавно лишившийся девственности. О каких суровых моральных устоях ты собрался мне тут сейчас говорить. Он ведь еще даже не сражался, а ты уже заставляешь его принимать сложные и неоднозначные решения.
Роуль надулся и сложил руки на груди, но черт продолжал давить:
— Он ведь изменился с того вашего урока, так?
— Так, — кивнул упырь. — С девками не развлекается, эклеров не делает. Вообще ощущение, что он только тренируется и учит читать спасенного мелкого.
— И ты считаешь это нормальным?
— Нет, но…
— Его надо встряхнуть. Надо показать ему не только боль и войну.
— И что ты мне предлагаешь? Устроить карнавал?
— Нет, я не об этом, — мотнул головой Хойсо. — Думаешь, городской маг только и делает, что воюет и швыряется магией направо и налево?
— Ну, в Кусарифе примерно так и обстоят дела… — произнес упырь и тут же умолк, поймав мысль. — А ведь это отличная мысль… Я как-то упустил эту идею. Но обо всем по порядку!
Упырь подскочил на ноги и начал расхаживать из стороны в сторону. |