– А ведь и впрямь неплохо, – пробормотал Вернер. – Менее удобное место для подбрасывания анонимок – поискать.

Вероника задохнулась от возмущения. Она перевела взгляд на Брю в поисках поддержки. Та выглядела так, будто на нее внезапно упал мешок с песком. Губы ее задрожали. Но когда они шевельнулись, то произнесли совсем не те слова, которых ждала Вероника:

– Хорошо, я согласна. – Смотрела Брю при этом почему-то на Тимофея.

Вероника постучала пальцем по экрану лежащего на коленях планшета, но тот и во второй раз перевел реплику точно так же.

25

Лоуренс сидел в чилийском аэропорту уже два часа, когда, наконец, объявили о приземлении рейса из Мюнхена. Лоуренс встал и принялся разминать ноги. Чем больше он ходил взад-вперед по душному залу, среди резких запахов пищи и неумолчной трескотни на испанском языке, тем сильнее в нем кипело раздражение.

Они должны были отправиться еще неделю назад. А теперь все будет впритык. Отпуск закончится на следующий день после возвращения. Ему придется сразу же, не успев отдохнуть, приступать к работе. А Лоуренс ненавидел существование в таком режиме. Ему нужно было время на то, чтобы переключиться.

Лоуренс достал из кармана телефон, посмотрел время. Потом зашел на страницу Габриэлы. Самый свежий пост – вчерашний. Одна фотография: Габриэла стоит в своей старой комнате в доме матери, одетая в оранжевый комбинезон с эффектно намотанным поверх фиолетовым шарфом, в капюшоне, в темных очках с зеркальными стеклами. Собственно, Габриэлу можно было узнать лишь по улыбке. Этой чуть загадочной, чуть насмешливой улыбке. Габриэла показывала два пальца – V, победа. А короткий текст, сопровождающий фото, гласил: «Вылетаю! Шестой континент – жди!»

Шестой континент ждал. Лоуренс тоже ждал. Он открыл комментарии, скользнул взглядом по привычному набору высказываний. Кто-то критиковал комбинезон, кто-то – очки. Кто-то желал удачи. Кто-то ждал новых постов. Кто-то сетовал, что интересный блог скатился до селфи в зеркале и прифотошопленных пейзажей. Один чудик на полном серьезе рассказывал о базе инопланетян в Антарктиде.

Лоуренс написал свой комментарий: «По ходу, в этот раз сисек не будет. Расходимся».

С первым же упавшим лайком стало чуть легче. А как только посыпались комментарии от фанатов с завываниями в духе: «Да как ты можешь! Покайся!» – Лоуренс улыбнулся. В пререкания он не вступал – прекрасно понимал, что теперь эти люди и без него найдут чем заняться.

Чертов блог. Они с Габриэлой никогда это не обсуждали, но если она и в самом деле хочет быть с ним, он поставит условие. Ей придется завязать с этой чушью для малых детей. У жены Лоуренса должна быть нормальная работа. Такая, где ее всегда можно будет найти. А еще лучше – пусть сидит дома и занимается хозяйством, детьми. Пора прекращать это позорище.

Поездку в Антарктиду предложил Лоуренс – это была его мечта с самого детства. Но он хотел поехать туда со своей девушкой, а не с блогером-путешественником.

Он сам выбрал рейс – с шикарным лайнером, с бассейном под стеклянным куполом, где можно лежать, попивая коктейль, и смотреть на проплывающие мимо древние льды. Лоуренс ненавидел холод и зиму, а путешествие на таком лайнере, в неге и комфорте, казалось ему плевком в лицо самой зиме. Победой человеческого разума над неразумной природой – для чего-то создавшей холод. Но стоило лишь ему поделиться идеей с Габриэлой, как все неуловимо изменилось.

Теперь вместо шикарного лайнера будет какое-то корыто, а вместо любования льдами издалека – проживание на туристической станции среди диких бородатых полярников. Может, они хотя бы пьют… Только на это и оставалось надеяться.

«А ведь эта дрянь испортила тебе поездку мечты, – подумал Лоуренс.