– Вы, конечно, не слышали ни слова из того, что я говорил? – вдруг усмехнулся он, и его серые стальные глаза оценивающе впились в мое лицо.

– Совершенно верно, милорд, прошу прощения, – еле выговорила я.

Вежливость и учтивость давались мне с трудом. От нервного потрясения язык плохо слушался, а слова не сразу приходили на ум.

– Немудрено. Леди Эллен, буду краток. Меня зовут Витторино Массель, я лорд-канцлер Его Величества короля Франкии. Король прислал меня сюда, чтобы забрать вас из отеческого дома, как требуют того традиции…

– В прошлый раз король Франкии сам приезжал за невестой, – зло ответила я. – Его разбила подагра и он не может путешествовать?

Я едва скрывала свое злорадство.

На лице Витторино мелькнуло легкое раздражение.

– Король в прекрасном здоровье, но приехать за вами ему помешали срочные государственные дела. Франкия ведет войну с халифатом Омейя, поэтому…

– Ему понадобилась военная мощь и магические защиты Альбиона в обмен на брак? – вставила я.

– Я вижу, ваш отец не зря бесится и наказывает вас, леди Эллен, – довольно потер ладони Витторино. – Такую умную девушку слабому мужчине хочется сечь или сажать под замок. Вы не романтичная дурочка, ждущая принца. Не молчаливая и покорная тень мужа. У вас есть характер.

Я в растерянности уставилась на него. Да, это правда, что многие благородные девицы мечтали о принце или короле. Пропадать, так хоть красиво. Но почему он так радуется? И так оскорбительно честен?

– Во-первых, это так очевидно, что даже младенец догадался бы. А во-вторых, что вам толку от моего ума, если предназначение жены сидеть тихо и не высовываться? – огрызнулась на всякий случай я.

Витторино молча слушал меня, гладил свою острую бородку и усмехался.

– Что-то подсказывает мне, что вы сидеть тихо не будете. Хочу предупредить, леди Эллен, что, зная вашу способность исчезать, мой король и ваш отец оцепили вашу комнату надежной охраной. С вами будут посменно находиться служанки всю ночь. А рано утром мы тронемся в путь. Королю не терпится получить подкрепление Альбиона и заключить с вами брак.

– Я рада, что вы правильно расставляете приоритеты, – ядовито откликнулась я.

– Уверен, мы станем неплохими друзьями, – изящно поклонился лорд-канцлер и вышел вон.

Тут же в комнату зашла служанка и села на стул возле кровати. А за дверью послышался звон ключей, и кто-то запер мою комнату. Ловушка захлопнулась.

Я упала на кровать и разревелась.

Глава 4

Сторож Анисыч говорил, что, даже если тебя съели, все равно остается два выхода. У меня выхода было два – попытаться покончить с собой на глазах у служанки, что вряд ли бы удалось, да и себя было жалко, и выйти из комнаты под конвоем прямиком в лапы к жениху.

Интересно, почему моя мать не пришла посмотреть на меня? Мы столько не виделись. Неужели даже не любопытно, как выглядит ее дочь после семи лет разлуки?

Этот вопрос меня так вдруг обеспокоил, что я вместо того, чтобы спать, начала ходить по комнате, размышляя обо всем. Что стало с моей няней? Почему Дик теперь спокойно передвигается по нашему дому, если законы семей строго разделяли наши владения и мы с ним всегда встречались на общей территории?

Что вообще произошло в государстве и в мире, пока меня не было?

Служанка настороженно следила за мной, словно все время ожидала, что я с диким воплем попытаюсь выброситься в окно или сделаю что-нибудь еще более экстравагантное.