— Зачем, Элла? — спросил Джек, невольно вторя ее мыслям. На этот раз она, по крайней мере, может дать ему честный ответ.

— Все очень просто, Джек. — Элла улыбнулась, чувствуя облегчение оттого, что может не хранить при себе хотя бы эту тайну. Раз Джек ее искал, значит, ему была небезразлична ее судьба. — Я пыталась отыскать свои корни и отыскала. Я узнала, что мою мать звали Эйлин, и такое же имя она дала мне, оно записано в моем подлинном свидетельстве о рождении.

— И оно понравилось тебе больше, чем Элла, — констатировал Джек. — И что же стало с твоей матерью?

— Она давно умерла, — без тени враждебности объяснила Элла. — Так же как и остальные мои родственники. — Кроме Грэмпса, мысленно добавила она, но не сказала. — Мать умерла вскоре после моего рождения, отец неизвестен, поэтому я попала в приют и меня усыновили.

Элла вдруг остро осознала, что рискует вызвать у Джека жалость, чего ей совсем не хотелось.

Лицо Джека оставалось совершенно непроницаемым.

— Ну и как, помогло? — спросил он. — Стало тебе легче оттого, что ты отыскала корни, или было больно, что след оборвался, еще не начавшись?

— Я нашла себя, — просто сказала Элла и мысленно добавила: свое настоящее имя. Эйлин Ватсон.

Она повернулась и медленно побрела к двери. Длинный-длинный день подходил к концу, и она так устала, что, наверное, могла бы проспать целую неделю. Элла вдруг поняла, что на этот раз не будет страдать от бессонницы, потому что на нее снизошло странное умиротворение.

— Элла?

— Что, Джек? — мягко спросила она, оглядываясь.

Стоило ей заглянуть в его потемневшие глаза, как любовь, которую она испытывала к этому мужчине, вспыхнула с новой силой. На лице Эллы мелькнула тень нежности, и взгляд Джека смягчился, встретившись с ее взглядом.

— Так Элла или Эйлин?

— Для тебя, Джек? — Она улыбнулась, инстинктивно прочтя его мысли, и просто ответила: — Для тебя я всегда Элла, твоя Элла.

И это было правдой. Принимая имя, данное ей матерью, Эйлин Ватсон, Элла стремилась порадовать Грэмпса, но для Джека и для самой себя она навсегда осталась Эллой Кигэн.

Глава 7

Стоило ей подумать о Джеке, как он появился на пороге.

— Доброе утро, Элла, надеюсь, ты хорошо спала?

— Как убитая, — довольно призналась Элла.

При виде Джека сердце ее радостно подпрыгнуло. Сны воскресили в ее памяти самые нежные, самые счастливые моменты их брака. Элла отвернулась от Джека и склонилась над столом, тщательно расставляя все необходимое для завтрака. Она решила использовать эти мгновения, чтобы успокоиться, прежде чем снова посмотреть в лицо Джеку.

Стол был сервирован на одну персону, и поскольку Джек завтракал один, то завтрак подали не в столовую, обшитую дубовыми панелями, а в небольшую светлую гостиную, окна которой выходили на юго-восток. Элла пододвинула кофейник поближе, чтобы Джек смог дотянуться до него, не вставая с места. Джек нахмурился.

— У нас что, не хватает прислуги?

— Я об этом не слышала. А что?

— Твоя должность называется экономка. Насколько я помню, тебе платят за управление домашним хозяйством, за то, чтобы все в доме работало как следует.