Действительно, Каору жил чувствами. Всех, кто находился рядом с ним, увлекал вихрь его ярких, красочных эмоций. В комнате становилось светлее, когда туда приходил Каору. Ино искал в Каору эту эмоциональную силу, а Каору, видимо, был необходим аналитический ум Ино. Наверняка они искали друг в друге то, чего не хватало каждому их них. Девушкам в их отношениях не находилось места.

То ли в шутку, то ли всерьез они часто говорили о революции. Это слово давно стало мертвым, да и сами они ни в грош не ставили революции, о которых когда-то твердили коммунистическая партия и ультралевые.

Ино считал, что революции происходят естественным путем. У него были какие-то смутные мысли о XXI веке. Общество, экономика и система ценностей значительным образом меняются лет за двадцать. Но эти изменения происходят постепенно, поэтому почти незаметны. Когда меняющееся эволюционным путем общество насильно изменяют за год, все осознают это как революцию, но если через двадцать лет революции не происходит, возникает практически аналогичная ситуация. Насильственная революция неизбежно рождает противодействие, революция выхолащивается, и старые силы воскресают. А порой революционная власть превращается в консервативную. Впоследствии выясняется, что внезапная революция приводит к кровопролитию и разрушениям, а ее результат – всего лишь смена правящей верхушки. Тогда как без революций в экономике происходит постоянное движение, в связи с чем меняется и общество, и система ценностей. Получается, что революция – всего лишь акция, направленная на удовлетворение страсти человечества к разрушению.

Что же тогда является по-настоящему революционным?

Усилия каждого, направленные на то, чтобы предвосхитить изменения, которые произойдут за двадцать лет, и чтобы не допустить насильственную революцию. Велика в этом роль Художника.

Каору восторженно отнесся к анализу Ино, в котором проявилось, по сути, обожание Художника. Образ Художника, призванного произвести истинную революцию, накладывался в его сознании на образ покойного отца, Куродо.

Может быть, именно Куродо благодаря своей любви к Таэко Мацубаре бессознательно стал революционером, стремящимся изменить будущее Японии. Правда, эта революция, как и любовь, не была реализована, но Куродо, пусть и недолго, находился в такой сложной и деликатной ситуации, которая не могла не влиять на судьбу Японии, и действовал он так, как подсказывали ему чувства. Тем самым он сдвинул слои эмоций в своем сыне Каору и способствовал возникновению новой горы.

У Каору был еще один друг, вызывавший недоумение у Андзю. По какой-то неведомой причине Каору был крепко связан дружбой с сыном хозяина мясной лавки Киси Ханадой, который бывал в доме Токива. Андзю всегда казалось, что и в начальной школе, и в средней Каору окружало множество гораздо более подходящих приятелей, и ей было невдомек, почему он выбрал именно Ханаду и дружил с ним целых десять лет.

Закончив начальную школу, Ханада перешел в муниципальную среднюю школу, в которой количество учеников сокращалось год от года, потом поступил в старшую школу, известную благодаря участию во Всеяпонских соревнованиях по дзюдо, и даже сам стал участвовать в этих соревнованиях. Затем он повздорил с тренером, ушел из школы и поступил в ученики к борцу сумо.

На майском турнире он прошел отборочную комиссию в качестве молодого борца, принял участие в поединках новичков, выиграл три боя подряд и быстрее всех вошел в низшую лигу. Каору вместе с Ино ходили смотреть на его первый настоящий бой. Бритый наголо Ханада вышел на ринг: в сравнении с остальными жирными тюфяками он выглядел подтянутым и скорее напоминал борца-реслера, чем сумоиста. Он одержал свою первую памятную победу всего через две секунды после начала боя.

В честь первой его победы Каору подарил Ханаде калькулятор и сказал:

– Считай по нему, сколько раз еще осталось победить, чтобы тебя стали показывать по телевизору.