— Тайрон! — на экране снова возник Скай.

— Слушаю тебя, друг.

— Виссоны подходят к скоплению ликерийских кораблей. По всем данным — военных. До столкновения одна минута.

— Минута… — как эхо, повторил за аскедом Ригли.

Он взглянул в иллюминатор, туда же смотрели сейчас все, кто находился в кабинете императора. Там, на бесконечных просторах космоса туманные дымки поглощали имперские истребители. Друг за другом, один за одним. Пилоты пытались отстреливаться, но это не помогало. Вот мутное щупальце достигло крейсера. И там, где оно касалось корабля, обшивка рассыпалась в прах. Секунда и в иллюминаторе виден лишь густой, серо-белый туман.

Ригли повернулся к экрану и прошептал:

— Передайте сестре, что я люблю ее. Всегда любил. — Он сглотнул и добавил: — Любовь важнее золота, важнее власти. Умирая, лишь ее можно унести в своей душе…

На секунду экран заволокло белым дымом, а потом связь прервалась. По экрану шла рябь, а затем и сам экран свернулся.

— Скоро и наша очередь подойдет, — задумчиво произнес Зерт.

— Нет! НЕТ! НЕ ХОЧУ! — снова завыл император.

Тайрон прошел к бару, достал почти полную бутылку чего-то крепкого и придерживая челюсть Невелуса, влил ее содержимое императору в рот.

— Если мне суждено погибнуть, то перед смертью предпочитаю слышать приятные мне голоса, — просто сказал он. Невелус что-то нечленораздельно промычал и отрубился прямо на пушистом ковре своего кабинета.

— Да, не думал я, что встречу свою смерть на Ликерии. И это в тот момент, когда я обрел силу и встретил свою женщину, — грустно произнес Юстис.

— Свою женщину… Свою женщину… Свою женщину… — задумчиво несколько раз повторила за ним Диана, прижимаясь к подошедшему Тайрону.

Большая, надежная рука саорга лежала на ее талии. Близость мужчины гасила страх, тушила приступы паники. Умирать в одиночестве, наверное, страшно. А вместе с любимым… Вместе с любимым хочется жить. Отчаянно, невыносимо. Но если так распорядилась судьба, то лучше уж погибнуть вместе, потому что жизнь без Тайрона — это не жизнь. Она вспомнила, как они вместе оживляли верисскую розу, тогда саорг впервые признался, что в ее присутствии его сила возрастает.

Возрастает…

А здесь три саорга, и у каждого из них есть любимая женщина. А что если…

— Тайрон! — воскликнула она.

— Да, любимая, — мужчина склонился к ее лицу.

А Диана сбивчиво, очень быстро, путаясь в словах, принялась объяснять свою идею.

— Что вы делали? — переспросил Асмус. — Оживляли цветок?

— Да, — подтвердил Тайрон. — Сначала восстановили горшок и грунт, а потом оживили розу.

— И сила действительно возрастает, когда ты контактируешь с Дианой? — снова спросил сенатор.

— Да. Рядом с моей Ди я чувствую себя всесильным.

— Любопытно, я замечал, что когда я рядом с Толлой, моя сила затихает и не причиняет боль, но никогда не связывал это именно с ней. Списывал на совпадение. Нас здесь три саорга, каждому из нас посчастливилось встретить свою истинную пару. — Асмус сосредоточенно потер переносицу. — Я считаю, что идея Дианы может сработать. В любом случае, что мы теряем? Лишь приобретаем шанс выжить.

— Согласен, — кивнул Тайрон.

— Я еще плохо владею силой, но в присутствии Сайты она меня не беспокоила. Сейчас же причиняет боль. Я все это время мог думать лишь о том, как вы все это терпите постоянно? — ответил Юстис.