— Разумеется, она ни в чем не виновата. Дайте ей бокал вина, и пусть она немного отдохнет.

Они говорили по-итальянски, но по лицу Гэвина было ясно, что он уловил суть разговора.

— Я привез с собой немного вещей, — невозмутимо произнес он. — На случай, если вы попросите меня остаться.

— Два чемодана?

— Я люблю модно одеться, — невозмутимо ответил гость.

— Гэвин, мне жаль, но я не могу пригласить тебя надолго. Правда, если хочешь, можешь здесь переночевать.

— Только через мой труп, — пробурчал Сэм.

— Хорошо, я согласен, — ответил Гэвин.

— Я сойду с ума, — громко сказал старик.

Встретившись с ним взглядом, Витторио подмигнул. Через несколько минут вошла Берта и проводила Гэвина в комнату для гостей.

Все попытки Эйнджел убедить Сэма поужинать в своей комнате ни к чему не привели.

— Хорошо, только, пожалуйста, больше не груби Гэвину, — наконец сдалась она.

— Почему это? Он никогда мне не нравился.

— Ты же утверждал, что не помнишь его.

— Так и есть, но ты сама сказала, что мы знакомы, — ответил Сэм. — Какой ты сообразительный! Да, вы знакомы. Я с ним встречалась до того, как вышла замуж за Джо.

— Поэтому он мне никогда и не нравился.

Отведя в сторону Витторио, Эйнджел сказала:

— Надеюсь, ты останешься.

— Ты шутишь? Я бы ни за что это не пропустил.

— Я с трудом удержалась от смеха, когда ты назвал его Ужасным Гэвином.

— Я всего лишь сказал правду. Кстати, я очень удивился, когда узнал, что такие мужчины в твоем вкусе.

— Я была очень молода, — сказала Эйнджел в свое оправдание, — а Гэвин был намного стройнее и красивее.

Витторио ухмыльнулся.

— Пожалуйста, помоги мне успокоить Сэма. Никто не знает, что еще он может ему наговорить.

— Если он что-то задумал, ничто на свете его не остановит.

Ужин прошел в ужасной обстановке. Не обращая внимания на все попытки Эйнджел утихомирить его, Сэм открыто выражал свое мнение. Она с раздражением отметила, что Витторио одобрял его.

Только Гэвин, казалось, не замечал язвительных острот в свой адрес. Он продолжил играть роль старого доброго друга, который был рад столь радушному приему, оказанному ему хозяевами. Он настолько вжился в эту роль, что для него не имело значения, слушают ли его остальные или нет.

Но Гэвин был не единственным, кто сегодня играл роль. Когда ужин подошел к концу, Сэм улыбнулся Витторио и понимающе произнес:

— Ты сегодня много выпил, мой мальчик. Я ни когда не видел тебя таким пьяным.

Поскольку за ужином Витторио вообще не пил спиртного, все удивленно уставились на Сэма, кроме самого Витторио, который произнес:

— Простите меня, Сэм. Неужели я, правда, перебрал?

— Да, ехать домой по горной дороге в таком виде опасно. Будет лучше, если ты останешься на ночь. Ты не против, дорогая? — Последнее было обращено к Эйнджел.

— Нисколько, — ответила молодая женщина, по достоинству оценив эту тактику. Сэм иногда был гораздо более проницательным, чем кто-либо мог предположить.

Гэвину не хватило всей его изобретательности, чтобы остаться наедине с Эйнджел. После ужина Витторио вовлек его в разговор об автомобилях, который Эйнджел прервала лишь для того, чтобы пожелать им спокойной ночи.

Затем Рой и Фрэнк, уложив Сэма спать, предложили Гэвину пропустить по стаканчику бренди. За первым последовал второй, за вторым — третий… В конце концов Витторио проводил гостя в его комнату и опустил на кровать, а затем провел оставшуюся часть ночи у окна, из которого была видна дверь комнаты Гэвина.