– Отойди-ка от него подальше.

Алиса послушно положила голову Рэя на пол и отошла в противоположный угол комнаты.

– Почему ему нельзя…

– Потому что! Он сейчас испытывает сильную боль, потому что открылся тебе. Должно пройти время, чтобы он привык к новым ощущениям, и если он решит их не прятать и не подавлять, тогда, возможно, сможет подходить к тебе без боли.

Алиса съехала по стене вниз и обняла себя за колени. Да что же это такое… не мир, а какое-то безумие. Красота вынуждена страдать от ложного уродства, нежность и любовь причиняют страшную боль, а ее саму хотят убить, хоть она ничего плохого не совершала. Поскорее бы выбраться отсюда. Может, и к лучшему, что с Рэем ее так развели чувства. Будет проще проститься.

– Кажется, приходит в себя, – услышала Алиса. Но головы не подняла. Только когда услышала стон Рэя, посмотрела на него.

– Что… случилось? – маг слабо приподнял голову.

– То, что рано или поздно случается, если не давать волю чувствам и жить, как королевские мертвяки-стражники. Те вон только железками своими скрипят и ничего не чувствуют, чурбаны. Ты что, маг, тоже в железного человека превратиться решил?

– Больно, – Рэй схватился за сердце. – Где Алиса?

– Я здесь, – Алиса откликнулась, но не двинулась с места.

– Почему… вы тут? – Рэй посмотрел внимательнее на женщину-птицу перед ним. Определенно создание древнее и могущественное. С чего вдруг ей до него дело?

– Потому что ты ее здорово напугал. Но ты не волнуйся, я здесь из-за нее, не из-за тебя. Я вас, магов, на дух не переношу. Но тебе следовало бы задуматься. Иначе будет еще больнее, чем сейчас.

Рэй потихоньку сел на полу, навалившись спиной на кровать. Алиса сидела прямо напротив него.

– Прости, что напугал тебя, – он попытался улыбнуться, чтобы показать ей, что он в порядке, но боль была слишком сильной. Рэй подозревал, что его улыбка похожа на гримасу.

– Ничего. Тебе лучше уехать, Рэй. Только не забудь, ты обещал вытащить меня отсюда в ближайшее время, – испуганные глаза Алисы были полны слез.

– Хорошо, – кивнул он. Маг был еще слаб, но постепенно силы возвращались.

Вскоре он смог встать. Потом дошел до брошенного у двери рюкзака и взял его. Алиса видела, как он застыл, колеблясь, проститься или нет, но потом просто открыл дверь и вышел, так и не обернувшись.

Матушка Лур, не говоря ни слова, взмахнула крыльями и вылетела в распахнутое окно. Алиса поспешила закрыть его: вечер был холодный, небо затянуто тяжелыми черными тучами. В комнате было зябко и темно. Она включила свет.

Одноглазый Сью, который все это время делал вид, что ему все равно и он просто кот, бросил вылизываться, мягко спрыгнул со стола и подошел к Алисе.

Потеревшись об нее мордочкой, он залез к ней на руки и замурлыкал.

Алиса была слишком погружена в свои мысли, чтобы заметить его, но кот знал, что мурчание расслабляет людей и благотворно действует на их нервы.