Его лицо выражало одновременно спесь и облегчение.

– Могу я попросить? Короткий танец перед ужином… – Он протянул ей руку.

Ева оцепенела. Ей не хотелось танцевать с ним, но и отказать она не осмелилась. Поэтому подала ему руку и сделала пару неловких шагов. От него странно пахло старомодным лосьоном и порошком от моли, как если б он отыскал этот костюм в шкафу своего прадедушки. Ева, повернув лицо в сторону, осматривала зал, в то время как он кружил ее в своих крепких объятиях. С прошлого раза в комнате ничего не поменялось. Посередине располагался стол, над которым нависала гигантская люстра; у стены стоял комод. Никакой другой мебели не было. При этом, как и в первый раз, что-то в обстановке казалось ей странным. И внезапно Ева поняла: здесь вообще нет окон.

– Где я? – спросила она боязливо, но мужчина хранил молчание.

Он выписывал круги, точно в опьянении, так что у Евы закружилась голова. Ноги болели от высоких каблуков. В нос бил резкий запах нафталина. Все вокруг пришло в движение. Ей стало дурно.

– Я хочу выйти… – Она вдруг всхлипнула и заплакала. – Я хочу домой, сейчас же!

Мужчина отступил в недоумении.

Ева покачнулась. У нее подогнулись колени, и она упала на прелый ковер. Ее страшно мутило. Мужчина закачался. Нет, он развернулся. Лишь спустя несколько секунд стало ясно, что он вообще не двигался: это вокруг нее все вращалось. Мужчина, стол, комната… Ева зажмурилась – и тут же открыла глаза.

Мужчина исчез.

Головокружение мгновенно прекратилось. Ева лихорадочно огляделась. Дверь была открыта настежь. Ева уже знала, что ее комната располагалась слева по коридору, а с правой стороны была лестница. Она без раздумий выбежала в коридор и бросилась к лестнице. Каблук зацепился за ковер. Ева потеряла равновесие и взмахнула руками. Каким-то образом ей удалось схватиться за перила и устоять на ногах. Туфля слетела с ноги и упала на ступени. Ева стряхнула другую туфлю и побежала вниз. Нужно было добраться до входной двери. Возможно, это ее единственный шанс… Господи! Еще пару дней назад она сама хотела себя убить, а теперь боролась за жизнь… «Папа, помоги!» – прошептала Ева, преодолевая последние ступени.

Она знала, что сейчас ей никто не поможет. Оставалось полагаться только на себя. К ней вдруг вернулась жажда жизни.

Внизу Ева увидела внушительную дубовую дверь, запертую на тяжелый засов. Возле нее стоял тот мужчина. Он больше не улыбался и сурово взирал на Еву. И держал в правой руке молоток.

17

Шел третий час, а они по-прежнему сидели на кухне у Симона Фишера.

– Кто-нибудь хочет энергетик? – спросил программист и разом опрокинул в себя целую банку.

– Боже милостивый, – отозвалась Лаура, – тебе плохо не будет?

До этого Симон уже управился с двумя такими банками. После первой он предложил Лауре и Тейлору перейти на «ты». Симон ей нравился. Он был умен, легок на подъем, и его не пугала работа в столь поздние часы.

– Меня так просто из строя не вывести. Энергетики для меня как эликсир жизни. – Он хитро улыбнулся и подмигнул Лауре.

Его ноутбук издал несколько пронзительных сигналов. Симон поспешно нажал несколько клавиш.

– Простите, что так долго, но мой лэптоп не такой мощный, как наши машины в отделе… – Он напряженно вглядывался в экран, а затем, неожиданно подскочив, крикнул во весь голос: – Есть! Это тот же самый тип. Сто процентов. Сами посмотрите. – И развернул ноутбук, так чтобы Лаура и Тейлор могли в него заглянуть.

Экран был разделен на две части.