|
Слева располагался снимок с камеры наблюдения при больнице, справа – тот, что был сделан перед супермаркетом и размещен в участке, где работал Тейлор. Кто-то из его коллег занимался похожим делом: примерно три недели назад возле мусорных баков супермаркета было найдено тело женщины. Преступник попал в поле зрения камер и, как в их случае, воспользовался тачкой. Полиция пока не смогла ни распознать следов преступника, ни установить личность убитой. Расследование вот уже несколько дней стояло без какого-либо продвижения. Женщина примерно двадцати шести лет, длинные каштановые волосы, зеленые глаза. Судя по одежде, речь могла идти о проститутке. Впрочем, следствие в этом направлении не принесло результатов.
На обоих снимках фигурировал человек с садовой тачкой. Рост и телосложение были идентичны. – Это почти наверняка то же самый тип. Есть сходство в одежде. Бейсболка и ботинки, кажется, те же самые. Даже тачка с виду одна и та же. Конечно, это может быть такая же модель, но, как по мне, выглядит маловероятным. Симон наложил соответствующие фрагменты один на другой и приблизил изображение. – У нашего преступника, похоже, слабость к мусорным бакам, – заметил Тейлор. Лаура вздохнула. – Похоже на то. Значит, теперь у нас две убитые и одна похищенная. И кто знает, сколько всего жертв на его совести… – По крайней мере, в базе данных больше нет случаев с телами возле мусорных баков, – сказал Симон, не отрываясь от экрана. – Конечно, я не знаю, как регулярно коллеги вносят свои дела в базы, но за последние шесть месяцев ничего нет. – Учитывая нынешние завалы по делам, коллеги не особо себя утруждают, – ответил Тейлор. – Это, во всяком случае, у нас. Не знаю, как обстоит в земельном ведомстве. Лаура пожала плечами. – Думаю, примерно так же. Значит, нельзя исключать, что есть и другие жертвы. Она выругалась себе под нос. Ева Хенгстенберг пропала три дня назад, и оставалось надеяться, что преступник не наращивал темп. У Лауры все сжалось внутри. Зачастую происходило обратное. Стоит убийце войти во вкус – и он уже не может остановиться. Временные промежутки сокращаются, человек становится одержим, а удовлетворение после очередного убийства угасает все быстрее… Лаура пролистала акты, взятые в участке Тейлора. Протокол обследования был похож на отчет о вскрытии Лены Рейманн – с одним отличием. Покойная в течение длительного времени перед смертью, очевидно, не подвергалась побоям. Хоть у нее и наблюдалось несколько старых ушибов, серьезных травм не было. Но указательные пальцы жертвы свидетельствовали об ином. Оба они были сломаны – вероятно, вследствие ударов молотком. По оценкам эксперта, это произошло в период от трех до пяти дней перед смертью. При этом, как и в случае Лены Рейманн, суставы не пострадали. Смерть наступила также в результате отравления цианистым калием. Лаура перевернула страницу. Очевидно, убитую никто не разыскивал. Сопоставление стоматологического статуса ничего не дало. Обследование не выявило вставных зубов, лишь несколько пломб и множественный кариес. Лаура задумчиво взглянула на правильное лицо женщины, которое даже в смерти не утратило своей привлекательности. – Ее он тоже увел из больницы? – спросила она и сделала пометку в блокноте. Нужно поговорить с доктором Гебауэр. Возможно, преступник выискивал жертв исключительно в той больнице. – Не исключено, – отозвался Тейлор. – Но сейчас надо ехать домой. Тебе нужно поспать. – Он показал на часы. – Время почти три. Лаура кивнула. – Попробуешь найти убитую в Сети? – спросила она Симона и положила фотографию на стол. – О’кей. |
